Перейти к содержимому


Свет наш Александр Сергеевич....


Сообщений в теме: 15

#1 Aks

    Участник

  • Пользователи
  • PipPip
  • 1 813 сообщений

Отправлено 10 Февраль 2012 - 10:29

Не без понятного внутреннего трепета принимаюсь открывать тему об А.С. Пушкине. Долго не могла решить, как же всё-таки начинать. С одной стороны столько всего уже сказано и кем! С другой – ощущение тайны остаётся, и открытие Пушкина продолжается.

И познание его великими соотечественниками и не очень великими, и совсем не великими это – без преувеличения – познание нашей страны, познание её души, разгадка той тайны, о которой Блок писал: «Ты и во сне необычайна, твоей одежды не коснусь, дремлю, а за дремотой тайна, а в тайне почивает Русь».

Вот и мы попробуем прикоснуться к её разгадке.

И жизнь, и поэзия нашего Александра Сергеевича окутаны неким флёром мистики. Мы немало знаем о нём, о себе, но многое по-прежнему для нас – загадка. Уже скоро два столетия бьёмся над тайной дуэльной истории, над именами адресатов его посвящений, над разгадыванием его взглядов о свободе, черни, власти, народе, тайне Духа, и на переломах своей жизни и жизни страны вновь и вновь обращаемся к нему с не всегда высказанным «помоги». Да и история этих обращений весьма любопытна и поучительна.

Наверное, всё началось со знаменитой Пушкинской речи Достоевского. Именно он первый озвучил то, что подсознательно ощущалось всеми или многими. И сказал это так, что до сих пор все потуги опровергнуть им сказанное, жалки и скудны. А ведь среди «ниспровергателей» Тургенев, Набоков, отчасти Леонтьев и мой личный враг П.Н.Милюков.

Позволю себе маленькое отступление – есть что-то роковое во всём случившемся в дни открытия Памятника, как будто это была точка перелома судьбы России. Вначале празднование было перенесено по причине смерти императрицы, на нём отказался присутствовать Лев Толстой, потом выступил Достоевский и его выступление – теперь уж на века – стало событием не только русской культуры, но и русской жизни. (Недавнее цитирование председателем правительства Путиным части речи весьма характерно). В сущности это было своего рода завещание Достоевского России – через полгода он умер, а ещё через месяц был убит воспитанник Жуковского, царь-освободитель Александр II.

Выступление Достоевского было столь мощным, что на время, правда недолгое, примирились «непримиримые», вдруг все поняли, что есть то, что объединяет куда больше, чем разъединяет. Словно все почувствовали то, что жизнь без Пушкина будет такой: «Что мне теперь ваши законы? К чему все ваши обычаи, ваши нравы, ваша жизнь, ваше государство, ваша вера? Зачем мрачная косность разбила то, что всего дороже? Зачем мне теперь ваши законы? Всё мертво и всюду мертвецы. Одни только люди, а кругом них молчание – вот земля!» Вот она – жизнь без Пушкина. И, может быть, именно это осознание заставляло Чайковского вновь и вновь обращаться к великому поэту и в 4 месяца написать «Пиковую даму»? Не это ли чувство озаряло труды и раздумья деятелей Серебряного века (один Брюсов написал более 80 работ на пушкинскую тему), не это ли спасало наше русское Зарубежье, давая силы не просто жить, но творить?

К нежеланию быть без Пушкина добавляется и наша огромная любовь к нему. Примеров можно привести множество, но, наверное, самый пронзительный – эпизод из жизни блокадного Ленинграда, когда в день смерти поэта на Мойке встретились 2 блокадника, музей был закрыт, но они пришли «постоять под окнами дома Пушкина». Один для этого вырвался с фронта на несколько часов, а другой – еле-еле дошёл из своего дома. И им не надо было что-то объяснять друг другу, всё было ясно, и всё же фронтовик спросил, может, не стоило приходить, можно было помянуть и дома. И услышал в ответ: «Да, наверное; но я не мог не прийти. У меня такое чувство, что оттого, что я приду сюда – ему там, 105 лет назад станет чуть-чуть легче».

А вот замечание слависта Серены Витале: «И можно только удивляться той страсти, с которой в России исписаны тысячи страниц о смерти Пушкина за последние десятилетия – и не только от детективной лихорадки по выходным…. за всеми загадочными хитросплетениями, тёмными интригами, покровами тайны – за всем этим явно чувствуется настоящая кипящая ненависть. Может быть, лучше восхищаться страной, которая не перестаёт скорбеть о своих поэтах?»

Похоже, что этот взгляд со стороны уловил суть нашего отношения к Пушкину, подметил то, что вопреки всем трагедиям 20 века помогло нам выстоять и победить. И теперь время осмысления произошедшего, время обретения утраченного, время «возвращения блудного сына».

В «Путешествие в Эрзерум» Пушкин говорит о поэте как о мыслителе: «Вдохновение не есть восторг…вдохновение есть расположение души к живейшему принятию впечатлений и соображению понятий, следственно, и объяснению оных. Вдохновение нужно и в геометрии, как и в поэзии». Рискну добавить – и в чтении трудов самого Александра Сергеевича. И только тогда мы сможем внять «и неба содроганье,
И горний ангелов полёт, И гад морских подводный ход, И дольней лозы прозябанье».


Памятуя обо всём случившемся с нами, пытаясь осмыслить произошедшее, в наше суматошное время мы и начнём разговор о Пушкине. Начнём с мало кому известной Пушкинианы Русского Зарубежья. И первой ласточкой будет статья великого русского писателя Шмелёва И.С.


Тайна Пушкина.

Больше полвека тому назад, в Москве, Достоевский закончил знаменитую свою «пушкинскую» речь такими словами: «Пушкин умер в полном развитии своих сил и бесспорно унес с собою в гроб некоторую великую тайну. И вот мы теперь без него эту тайну разгадываем». Что разумел Достоевский под этой «тайной»? «Бессмертные и великие образы души русской», которые Пушкин мог бы ещё создать и через них сделал бы нас более понятными для мира, более сплотил бы нас с Россией, объединил бы нас? По заключительной части его речи можно понять, что в этом и есть тайна, которую Пушкин унёс с собой. Много с тех пор выпало нам тяжёлых испытаний, и теперь, под чужим небом, поминая столетие кончины Пушкина, неужели мы ещё не разгадали этой тайны? Может быть, Пушкин никакой тайны и не унёс с собой, а оставил её в своих творениях неразгаданною до рокового срока? Разве мало он дал бессмертных образов души русской?
Всматриваясь теперь в чудесный образ нашего Гения, мы чувствуем не обновлённую скорбь утраты, а радость встречи, и неразгаданной тайны не чувствуем. Может быть, и была она, тайна эта, когда была державная Россия, и мы не задумывались, что такое для нас Россия. А теперь – какая же тайна в Пушкине! Была тайна, но мы её уже разгадали, страданием нашим разгадали, тоской по России разгадали. Теперь мы узнали эту тайну – Пушкина. Кажется, никогда ещё не был он нам так близок. Пушкин – всё наше бытие, подлинная стихия наша. Пушкин – неразрешённый ещё вопрос, им же поставленный:

Куда ты скачешь, гордый конь,
И где опустишь ты копыта?

Может быть, для страшного лихолетья русского и была предуказана чудесная эта тайна – Пушкин, ибо Пушкин – сама Россия. Есть Пушкин – есть Россия. Это от века дарованный нам залог – навеки. И пришёл срок – раскрыть эту тайну – Пушкина, «явление чрезвычайное», «пророческое»: да укрепимся. С Пушкиным – можно верить: он прирождённость наша, он для нас – чувство родины.
Никто так не возвращает нас к истокам, никто не прирос так к сердцу, никто не веет так в душу воздухом детских лет, как Пушкин.
С ним мы детством своим живём, слышим как пахнет снегом, видим «бразды пушистые», «на стёклах лёгкие узоры, деревья в зимнем серебре», «мороз и солнце день чудесный!».
Мы оживаем в нём, и сколько же воскресает запахов, отображений!

Встаёт купец, идёт разносчик,
На биржу тянется извозчик
С кувшином охтенка спешит,
Под ней снег утренний хрустит.

Смотрим эти «картинки русские» – и вот, чудо преображения, Россия.

Но вот уж близко. Перед ними
Уж белокаменной Москвы,
Как жар, крестами золотыми,
Горят старинные главы.

Ах, братцы!...
С Пушкиным – мы в своём.

Улыбкой ясною природа
Сквозь сон встречает утро года…

Это мы встречаем «утро года»: ныне мы просыпаемся наконец и видим – Россию видим, как никогда не видели. Любим, как никогда не любили. Нас пробудил, нас учит любить – Пушкин.
Не мы только раскрыли эту тайну: и там прознали её и жаждут чуда. Там восстанавливают «культ Пушкина», вынуждены так делать, и мы понимаем – почему. Эта «встреча» народа с Пушкиным не может пройти бесследно: может случиться чудо.
Судьба заставила нас слушать чужой язык, и мы познали, что такое родной язык. Пушкин нам дал язык и – в языке – откровение, какие силы таятся в душе российской: как она глубока, проста, как она широка и величава, нежна и певуча. Мы ныне постигаем, как мы духовно сильны, как многое в нас не находит истолкования у чужих и отметается в облегчающее «ам слав». У народа душевно бедного – язык бедный. Мерило нашего языка – Пушкин.

И…………….я неба содроганье,

И горний ангелов полёт,

И гад морских подводный ход,

И дольней лозы прозябанье.


Он даёт нам весь мир чудесной стихией языка; но сердце его – Россия. Наша с ним встреча под чужестранным небом, может быть, предуказана, и эта «тайна», которую разгадали мы, – в Пушкине. Всё его как бы говорит: «помни своё, сознай себя, кто ты, какого корня!» В Пушкине – вся Россия, и Пушкин – в нас. И вся Россия – в нас, и есть, и будет.
Пушкин всегда правдив, ясен и искренен: Пушкину надо верить. И раз он изрёк:

Красуйся, Град Петров, и стой
Неколебимо, как Россия…

то так и будет.
Если бы нас спросили о самом важном, – чего хотите? – вся Россия сказала бы «самостоянья своего!» Пушкина это слово:

Два чувства дивно близки нам
В них обретает сердце пищу –
Любовь к родному пепелищу,
Любовь к отеческим гробам.
На них основано от века
По воле Бога самого
Самостоянье человека –
Залог величия его.

Вот завет Пушкина, основы национального бытия. Как никогда ещё за сто лет, мы тщимся найти «самостоянье», и – в разброде, как никогда. Столько претерпев, нельзя оставаться прежними: страдания умудряют – возвышают. Мы не смеем растрачивать богатства, страданием обретаемого. Должны помнить:

Нет, выстрадай сперва себе богатство,
А там посмотрим, станет ли несчастный
То расточать, что кровью приобрёл.

С таким богатством мы должны понять Пушкина, раскрыть чудесную тайну, оставленную нам им: неутомимую любовь к России, сознание русской силы и русского единства, помня:

…Так тяжкий млат
Дробя стекло, куёт булат.

Должны особенный смысл провидеть в давно знакомом:

Тогда – не правда ли? – в пустыне,
Вдали от суетной молвы,
Я вам не нравилась…Что ж ныне
Меня преследуете вы?
Зачем у вас я на примете?...

Теперь уже вещий смысл провидим мы в той, «с которой образован Татьяны милый идеал…»:

О много, много рок отъял!...

Да, много. Мы «влачимся в пустыне мрачной», мы томимы «духовной жаждой», но вот Серафим нам на перепутье – Пушкин. Мы должны отдать ему наше сердце и принять в отверстую грудь – «угль, пылающий огнём» – его любовь к России, – веру его в Неё:

В надежде славы и добра
Гляжу вперёд я без боязни…

И тогда всё поймём. И обретём, наконец, единство.

Январь, 1937. Париж

#2 Bad Dancer

    Участник

  • Пользователи
  • PipPip
  • 1 020 сообщений
  • LocationРыбинск

Отправлено 10 Февраль 2012 - 11:01

Наверное, Россия и без Пушкина не пропала бы. Влилась бы в мировое сообщество, исповедовала общечеловеческие ценности, качала бы нефть, проводила гей-парады... И не мучилась бы бессмысленным самокопанием - "кто мы, и зачем мы". Можно ведь жить и без вечных вопросов - живут же без них в голландиях и гондурасах.

Так легче, не так ли,
Так проще, не правда ли,
Не правда ли,
Меньше болит.

Ну её, эту самую душу-то! Без неё проще, тем более что многие в неё и не верят. Да и Пушкина не читают - то ли некогда, то ли незачем, то ли и в голову не приходило никогда.
Кот. Гуляю сам по себе. В последнее время здесь: http://samlib.ru/editors/b/bad_dancer/

#3 Aks

    Участник

  • Пользователи
  • PipPip
  • 1 813 сообщений

Отправлено 10 Февраль 2012 - 11:32

Брррррр...не хочу! Да и Вы ведь тоже.

#4 Достоевский

    Участник

  • Пользователи
  • PipPip
  • 824 сообщений

Отправлено 10 Февраль 2012 - 12:19

Достоевский любил Пушкина за то, чего в себе не чувствовал или не имел, по принципу дополнения. Легкая искрометность и глубина в то же время.
Пушкина хочется читать когда жизнь придавливает, но как правило, в такие времена на чтение времени не хватает.
Сочувствую всем кто "не осилил", по любым причинам.

#5 vesta

    Активный участник

  • Пользователи
  • PipPipPipPipPip
  • 5 720 сообщений
  • Locationг.Ростов-на-Дону

Отправлено 10 Февраль 2012 - 09:14

Александр Сергеевич - это последнее прибежище патриота, который живёт повседневной жизнью со своими печалями и радостями в спокойной, и, казалось бы, понятной и родной стране и вдруг сталкивается с мерзостью, со странными людьми- манкуртами, не любящими и не понимающими своей Родины, исповедующими чуждые идеи, манеры и эстетику других государств. Почему такое оскорбительное, до нецензурщины, высокомерное и издевательское отношение к своим согражданам, к стране, её истории, её людским и природным богатствам? Учить и лечить их нужно А.С.Пушкиным. Его глубоким пониманием души русского народа, трепетной любовью к языку, культуре. РоссияСердце Земли, её Разум. У России миссия Сердца – объединять своей болью и утешать, чувствовать и сопереживать.
А.С.Пушкин - это чистый глоток воздуха, возврат к духовным основам. Читать его и очищать душу просто необходимо. Или мы совсем потеряем веру в себя и в Россию...

#6 Aks

    Участник

  • Пользователи
  • PipPip
  • 1 813 сообщений

Отправлено 23 Февраль 2012 - 10:17

Из речи Александра Николаевича Островского на пушкинских торжествах 7 июня 1880 г. "Первая заслуга великого поэта в том, что через него умнеет всё, что может поумнеть"

#7 Достоевский

    Участник

  • Пользователи
  • PipPip
  • 824 сообщений

Отправлено 26 Февраль 2012 - 11:36

Пушкинская речь Ф. М. Достоевского. Риторико-критический анализ
Автор Смолененкова В.В.
Nov 14, 2006, 02:50





Эта речь, произнесенная 8 июня 1880 года на втором заседании Общества любителей российской словесности по случаю открытия памятника Пушкину в Москве, вызвала такую восторженную и неистовую реакцию у слушателей, какая, кажется, никогда более не повторялось в истории русского публичного слова. Благодаря "Пушкинской речи Ф. М. Достоевского установился принципиально новый взгляд на творчество и личность Пушкина; многие мысли о назначении и судьбе русского народа, высказанные великим писателем, надолго закрепились в отечественной культуре и русском национальном самосознании. Так что же произошло 8 июня 1880 года?
"На эстраде он вырос, гордо поднял голову, его глаза на бледном от волнения лице заблистали, голос окреп и зазвучал с особой силой, а жест стал энергическим и повелительным. С самого начала речи между ним и всею массой слушателей установилась та внутренняя духовная связь, сознание и ощущение которой всегда заставляют оратора почувствовать и расправить свои крылья. В зале началось сдержанное волнение, которое всё росло, и когда Фёдор Михайлович окончил, то наступила минута молчания, а затем как бурный поток, прорвался неслыханный и невиданный мною в жизни восторг. Рукоплескания, крики, стук стульями сливались воедино и, как говорится, потрясли стены зала. Многие плакали, обращались к незнакомым соседям с возгласами и приветствиями; и какой-то молодой человек лишился чувств от охватившего его волнения. Почти все были в таком состоянии, что, казалось, пошли бы за оратором, по первому его призыву, куда угодно! Так, вероятно, в далёкое время, умел подействовать на собравшуюся толпу Савонарола". Так вспоминал об историческом выступлении Ф. М. Достоевского известный русский юрист А.Ф. Кони [3]. Оценка А. Ф. Кони Пушкинской речи особенно значительна для нас, потому что он сам был выдающимся оратором.
У нас, людей, живущих в начале ХХI века, в большинстве своём воспитанных в отрыве от риторической культуры, лишённых возможности оказаться слушателями образцового публичного выступления, закономерно возникает вопрос: почему, за счёт каких языковых или иных средств автор речи достиг такого, едва ли не в буквальном смысле слова, умопомрачительного эффекта, эффекта, который для самого оратора оказался неожиданностью: "… я был так потрясён и измучен, что сам был готов упасть в обморок", - писал Достоевский 30 июня 1880 года в письме к С. А. Толстой [4].
Но это не единственный вопрос, который возникает в связи с феноменом пушкинской речи. Парадокс этого произведения заключается в том, что первая однозначно положительная, восторженная реакция непосредственных слушателей сменилась крайне негативной, едкой и подчас агрессивной критикой в прессе. Чем объяснить это противоречие?
Здесь прежде всего, обращает на себя внимание различие речевых фактур: в первом случае это непосредственное восприятие речи на слух в проникновенном исполнении автора, во втором – вдумчивое, неторопливое и, очевидно, придирчивое чтение очерка на страницах газеты "Московские ведомости". Основное отличие слухового восприятия речи от зрительного, как известно, заключается в том, что на слушателя непосредственно воздействует ораторский пафос и он не всегда в состоянии "вернуться" к ранее высказанным мыслям, чтобы ещё раз вдуматься в излагаемое. По-видимому, именно в этой разнице влияния логоса и пафоса пушкинской речи Достоевского следует искать причины её двоякого восприятия.
Что же услышала и что "прослушала" публика, собравшаяся в Колонном зале московского Благородного собрания в июне 1880 года?
Spoiler


#8 Достоевский

    Участник

  • Пользователи
  • PipPip
  • 824 сообщений

Отправлено 26 Февраль 2012 - 11:53

Пушкин (Очерк). Произнесено 8 июня в заседании Общества любителей российской словесности.

«Пушкин есть явление чрезвычайное и, может быть, единственное явление русского духа», — сказал Гоголь. Прибавлю от себя: и пророческое. Да, в появлении его заключается для всех нас, русских, нечто бесспорно пророческое. Пушкин как раз приходит в самом начале правильного самосознания нашего, едва лишь начавшегося и зародившегося в обществе нашем после целого столетия с петровской реформы, и появление его сильно способствует освещению темной дороги нашей новым направляющим светом. В этом-то смысле Пушкин есть пророчество и указание. Я делю деятельность нашего великого поэта на три периода. Говорю теперь не как литературный критик: касаясь творческой деятельности Пушкина, я хочу лишь разъяснить мою мысль о пророческом для нас значении его и что я в этом слове разумею. Замечу, однако же, мимоходом, что периоды деятельности Пушкина не имеют, кажется мне, твердых между собою границ. Начало «Онегина», например, принадлежит, по-моему, еще к первому периоду деятельности поэта, а кончается «Онегин» во втором периоде, когда Пушкин нашел уже свои идеалы в родной земле, восприял и возлюбил их всецело своею любящею и прозорливою душой. Принято тоже говорить, что в первом периоде своей деятельности Пушкин подражал европейским поэтам, Парни, Андре Шенье и другим, особенно Байрону. Да, без сомнения, поэты Европы имели великое влияние на развитие его гения, да и сохраняли влияние это во всю его жизнь. Тем не менее даже самые первые поэмы Пушкина были не одним лишь подражанием, так что и в них уже выразилась чрезвычайная самостоятельность его гения. В подражаниях никогда не появляется такой самостоятельности страдания и такой глубины самосознания, которые явил Пушкин, например, в «Цыганах» — поэме, которую я всецело отношу еще к первому периоду его творческой деятельности. Не говорю уже о творческой силе и о стремительности, которой не явилось бы столько, если б он только лишь подражал. В типе Алеко, герое поэмы «Цыгане», сказывается уже сильная и глубокая, совершенно русская мысль, выраженная потом в такой гармонической полноте в «Онегине», где почти тот же Алеко является уже не в фантастическом свете, а в осязаемо реальном и понятном виде. В Алеко Пушкин уже отыскал и гениально отметил того несчастного скитальца в родной земле, того исторического русского страдальца, столь исторически необходимо явившегося в оторванном от народа обществе нашем. Отыскал же он его, конечно, не у Байрона только. Тип этот верный и схвачен безошибочно, тип постоянный и надолго у нас, в нашей Русской земле, поселившийся. Эти русские бездомные скитальцы продолжают и до сих пор свое скитальчество и еще долго, кажется, не исчезнут. И если они не ходят уже в наше время в цыганские таборы искать у цыган в их диком своеобразном быте своих мировых идеалов и успокоения на лоне природы от сбивчивой и нелепой жизни нашего русского — интеллигентного общества, то всё равно ударяются в социализм, которого еще не было при Алеко, ходят с новою верой на другую ниву и работают на ней ревностно, веруя, как и Алеко, что достигнут в своем фантастическом делании целей своих и счастья не только для себя самого, но и всемирного. Ибо русскому скитальцу необходимо именно всемирное счастие, чтоб успокоиться: дешевле он не примирится, — конечно, пока дело только в теории. Это всё тот же русский человек, только в разное время явившийся. Человек этот, повторяю, зародился как раз в начале второго столетия после великой петровской реформы, в нашем интеллигентном обществе, оторванном от народа, от народной силы. О, огромное большинство интеллигентных русских, и тогда, при Пушкине, как и теперь, в наше время, служили и служат мирно в чиновниках, в казне или на железных дорогах и в банках, или просто наживают разными средствами деньги, или даже и науками занимаются, читают лекции — и всё это регулярно, лениво и мирно, с получением жалованья, с игрой в преферанс, безо всякого поползновения бежать в цыганские таборы или куда-нибудь в места, более соответствующие нашему времени. Много-много что полиберальничают «с оттенком европейского социализма», но которому придан некоторый благодушный русский характер, — но ведь всё это вопрос только времени. Что в том, что один еще и не начинал беспокоиться, а другой уже успел дойти до запертой двери и об нее крепко стукнулся лбом. Всех в свое время то же самое ожидает, если не выйдут на спасительную дорогу смиренного общения с народом. Да пусть и не всех ожидает это: довольно лишь «избранных», довольно лишь десятой доли забеспокоившихся, чтоб и остальному огромному большинству не видать чрез них покоя. Алеко, конечно, еще не умеет правильно высказать тоски своей: у него всё это как-то еще отвлеченно, у него лишь тоска по природе, жалоба на светское общество, мировые стремления, плач о потерянной где-то и кем-то правде, которую он никак отыскать не может. Тут есть немножко Жан-Жака Руссо. В чем эта правда, где и в чем она могла бы явиться и когда именно она потеряна, конечно, он и сам не скажет, но страдает он искренно. Фантастический и нетерпеливый человек жаждет спасения пока лишь преимущественно от явлений внешних; да так и быть должно: «Правда, дескать, где-то вне его может быть, где-то в других землях, европейских, например, с их твердым историческим строем, с их установившеюся общественною и гражданскою жизнью». И никогда-то он не поймет, что правда прежде всего внутри его самого, да и как понять ему это: он ведь в своей земле сам не свой, он уже целым веком отучен от труда, не имеет культуры, рос как институтка в закрытых стенах, обязанности исполнял странные и безотчетные по мере принадлежности к тому или другому из четырнадцати классов, на которые разделено образованное русское общество. Он пока всего только оторванная, носящаяся по воздуху былинка. И он это чувствует и этим страдает, и часто так мучительно! Ну и что же в том, что, принадлежа, может быть, к родовому дворянству и, даже весьма вероятно, обладая крепостными людьми, он позволил себе, по вольности своего дворянства, маленькую фантазийку прельститься людьми, живущими «без закона», и на время стал в цыганском таборе водить и показывать Мишку? Понятно, женщина, «дикая женщина», по выражению одного поэта, всего скорее могла подать ему надежду на исход тоски его, и он с легкомысленною, но страстною верой бросается к Земфире: «Вот, дескать, где исход мой, вот где, может быть, мое счастье здесь, на лоне природы, далеко от света, здесь, у людей, у которых нет цивилизации и законов!» И что же оказывается: при первом столкновении своем с условиями этой дикой природы он не выдерживает и обагряет свои руки кровью. Не только для мировой гармонии, но даже и для цыган не пригодился несчастный мечтатель, и они выгоняют его — без отмщения, без злобы, величаво и простодушно:

Оставь нас, гордый человек;
Мы дики, нет у нас законов,
Мы не терзаем, не казним.
Всё это, конечно, фантастично, но «гордый-то человек» реален и метко схвачен. В первый раз схвачен он у нас Пушкиным, и это надо запомнить. Именно, именно, чуть не по нем, и он злобно растерзает и казнит за свою обиду или, что даже удобнее, вспомнив о принадлежности своей к одному из четырнадцати классов, сам возопиет, может быть (ибо случалось и это), к закону, терзающему и казнящему, и призовет его, только бы отомщена была личная обида его. Нет, эта гениальная поэма не подражание! Тут уже подсказывается русское решение вопроса, «проклятого вопроса», по народной вере и правде: «Смирись, гордый человек, и прежде всего сломи свою гордость. Смирись, праздный человек, и прежде всего потрудись на родной ниве», вот это решение по народной правде и народному разуму. «Не вне тебя правда, а в тебе самом; найди себя и себе, подчини себя себе, овладей собой — и узришь правду. Не в вещах эта правда, не вне тебя и не за морем где-нибудь, а прежде всего в твоем собственном труде над собою. Победишь себя, усмиришь себя — и станешь свободен как никогда и не воображал себе, и начнешь великое дело, и других свободными сделаешь, и узришь счастье, ибо наполнится жизнь твоя, и поймешь наконец народ свой и святую правду его. Не у цыган и нигде мировая гармония, если ты первый сам ее недостоин, злобен и горд и требуешь жизни даром, даже и не предполагая, что за нее надобно заплатить».
Spoiler
Ведь мы разом устремились тогда к самому жизненному воссоединению, к единению всечеловеческому! Мы не враждебно (как, казалось, должно бы было случиться), а дружественно, с полною любовию приняли в душу нашу гении чужих наций, всех вместе, не делая преимущественных племенных различий, умея инстинктом, почти с самого первого шагу различать, снимать противоречия, извинять и примирять различия, и тем уже выказали готовность и наклонность нашу, нам самим только что объявившуюся и сказавшуюся, ко всеобщему общечеловеческому воссоединению со всеми племенами великого арийского рода. Да, назначение русского человека есть бесспорно всеевропейское и всемирное. Стать настоящим русским, стать вполне русским, может быть, и значит только (в конце концов, это подчеркните) стать братом всех людей, всечеловеком, если хотите. О, всё это славянофильство и западничество наше есть одно только великое у нас недоразумение, хотя исторически и необходимое. Для настоящего русского Европа и удел всего великого арийского племени так же дороги, как и сама Россия, как и удел своей родной земли, потому что наш удел и есть всемирность, и не мечом приобретенная, а силой братства и братского стремления нашего к воссоединению людей. Если захотите вникнуть в нашу историю после петровской реформы, вы найдете уже следы и указания этой мысли, этого мечтания моего, если хотите, в характере общения нашего с европейскими племенами, даже в государственной политике нашей. Ибо, что делала Россия во все эти два века в своей политике, как не служила Европе, может быть, гораздо более, чем себе самой? Не думаю, чтоб от неумения лишь наших политиков это происходило. О, народы Европы и не знают, как они нам дороги! И впоследствии, я верю в это, мы, то есть, конечно, не мы, а будущие грядущие русские люди поймут уже все до единого, что стать настоящим русским и будет именно значить: стремиться внести примирение в европейские противоречия уже окончательно, указать исход европейской тоске в своей русской душе, всечеловечной и воссоединяющей, вместить в нее с братскою любовию всех наших братьев, а в конце концов, может быть, и изречь окончательное слово великой, общей гармонии, братского окончательного согласия всех племен по Христову евангельскому закону! Знаю, слишком знаю, что слова мои могут показаться восторженными, преувеличенными и фантастическими. Пусть, но я не раскаиваюсь, что их высказал. Этому надлежало быть высказанным, но особенно теперь, в минуту торжества нашего, в минуту чествования нашего великого гения, эту именно идею в художественной силе своей воплощавшего. Да и высказывалась уже эта мысль не раз, я ничуть не новое говорю. Главное, всё это покажется самонадеянным: «Это нам-то, дескать, нашей-то нищей, нашей-то грубой земле такой удел? Это нам-то предназначено в человечестве высказать новое слово?» Что же, разве я про экономическую славу говорю, про славу меча или науки? Я говорю лишь о братстве людей и о том, что ко всемирному, ко всечеловечески-братскому единению сердце русское, может быть, изо всех народов наиболее предназначено, вижу следы сего в нашей истории, в наших даровитых людях, в художественном гении Пушкина. Пусть наша земля нищая, но эту нищую землю «в рабском виде исходил благословляя» Христос. Почему же нам не вместить последнего слова его? Да и сам он не в яслях ли родился? Повторяю: по крайней мере, мы уже можем указать на Пушкина, на всемирность и всечеловечность его гения. Ведь мог же он вместить чужие гении в душе своей, как родные. В искусстве, по крайней мере, в художественном творчестве, он проявил эту всемирность стремления русского духа неоспоримо, а в этом уже великое указание. Если наша мысль есть фантазия, то с Пушкиным есть, по крайней мере, на чем этой фантазии основаться. Если бы жил он дольше, может быть, явил бы бессмертные и великие образы души русской, уже понятные нашим европейским братьям, привлек бы их к нам гораздо более и ближе, чем теперь, может быть, успел бы им разъяснить всю правду стремлений наших, и они уже более понимали бы нас, чем теперь, стали бы нас предугадывать, перестали бы на нас смотреть столь недоверчиво и высокомерно, как теперь еще смотрят. Жил бы Пушкин долее, так и между нами было бы, может быть, менее недоразумений и споров, чем видим теперь. Но бог судил иначе. Пушкин умер в полном развитии своих сил и бесспорно унес с собою в гроб некоторую великую тайну. И вот мы теперь без него эту тайну разгадываем.


#9 Aks

    Участник

  • Пользователи
  • PipPip
  • 1 813 сообщений

Отправлено 09 Март 2012 - 08:50

Немного об открытии памятника Пушкину и общественной атмосфере того времени http://www.tvkultura...ml?cid=172&p=89

#10 olga4791

    Участник

  • Пользователи
  • PipPip
  • 78 сообщений

Отправлено 16 Апрель 2012 - 08:18

Меня в Пушкине поражает не только поэтический талант, но и еще его человеческая гармоничность и оптимизм.
Пушкин смог не растранжирить свой дар, проявившийся еще в детстве, когда стал взрослым человеком.
У него были друзья, которых он любил и ценил, и друзья отвечали ему взаимностью.
Он был патриотом России.
Он создал семью с любимой женщиной, родил детей.
У Пушкина была жизнь понятная нам, простым людям: также как и у многих людей, у него были свои проблемы, включая финансовые.
При этом поэт "не вешал голову", а решал проблемы спокойно и уверенно.
Погиб же А. Пушкин, исполняя долг настоящего мужчины - защищая свою семью.

#11 Aks

    Участник

  • Пользователи
  • PipPip
  • 1 813 сообщений

Отправлено 06 Июнь 2012 - 06:13

С днём рождения, Александр Сергеевич!!!
Маленький подарок, который, кажется, Вас бы порадовал - слова Ильина о Вас:
"Пушкин есть начало очевидности и радости в русской истории. В нём русский дух впервые осознал и постиг себя, явив себя и своим, и чужим духовным очам; здесь он впервые утвердил своё естество, свой уклад и своё призвание; здесь он нашёл свой путь к самоодолению и самопросветлению. Здесь русское древнее язычество (миф) и русская светская культура (поэзия) встретились с благодатным дыханием русского православия (молитва) и научились у него трезвению и мудрости. Ибо Пушкин не почерпнул очевидность в вере, но пришёл к вере через очевидность вдохновенного созерцания. И древнее освятилось, и светское умудрилось. И русский дух познал радость исцелённости и радость цельности. И русский пророк совершил своё великое дело.
Всё бремя нашего существования, все страдания и трудности нашего прошлого, все наши страсти - всё принято Пушкиным, умудрено, очищено и прощено в глаголах законченной солнечной мудрости. Всё смутное прояснилось. Все страдания осветились изнутри светом грядущей победы. Оформились, не умаляясь наши просторы; и дивными цветами зацвели горизонты нашего духа. Всё нашло себе легкие законы неощутимо лёгкой меры. И самоё безумие явилось нам в образе прозрения и вещающей мудрости. Взоры русской души обратились не к больныи и бесплодным запутанностям, таящим соблазн и гибель, а в глубины солнечных пространств. И дивное глубокочувствие и ясномыслие сочеталось с поющей и играющей формой....
С тех пор в России есть спасительная традиция Пушкина: что пребывает в ней, то ко благу России; что не вмещается в ней, то соблазн и опасность. Ибо Пушкин учил Россию видеть Бога и этим видением утверждать и укреплять свои сокровенные, от Господа данные национально-духовные силы. Из его уст раздался и был пропет Богу от лица России гимн радости сквозь все страдания, гимн очевидности сквозь все пугающие земные страхи, гимн победы над хаосом. Впервые от лица России и к России была сказана эта чистая и могучая "осанна", осанна искреннего, русским православием вскормленного миро-приятия и Бого-благословения, осанна поэта и пророка, мудреца и ребёнка, о которой мечтали Гераклит, Шиллер и Достоевский.
А русская история была такова, что народ наш имел особую потребность и особое право на это радостное самоутверждение в Боге. И потому этот радостный и чудный певец, этот совершитель нашего духовного акта, этот основоположник русского слова и русского характера был дарован нам для того, чтобы стать солнечным центром нашей истории.
Пушкин, наш шестикрылый серафим, отверзший наши зеницы и открывший нам и горнее , и подводное естество мира, вложивший нам в уста жало мудрыя змеи и завещавший нам превратить наше трепетное и неуравновешенное сердце в огненный угль, - он дал нам залог и удостоверение нашего национального величия, он дал нам осязать блаженство завершённой формы, её власть, её зиждущую силу, её спасительность. Он дал нам возможность, и основание, и право верить в призвание и в творческую силу нашей родины, благословлять её на всех её путях и прозревать её светлое будущее, какие бы ещё страдания, лишения или унижения ни выпали на долю русского народа.
Ибо иметь такого поэта и пророка - значит иметь свыше великую милость и великое обетование".

Всех - с праздником!

#12 Aks

    Участник

  • Пользователи
  • PipPip
  • 1 813 сообщений

Отправлено 11 Июнь 2012 - 05:17

Ещё несколько чудесных слов о Пушкине:
" Пушкин, поэт и мудрец, знал опасности Скупого Рыцаря и сам был совершенно свободен от них, и поэтически, силою своего гения, и жизненно, силою своей доброты, отзывчивости и щедрости, которая доныне ещё не оценена по достоинству.
Таково завещание его русскому народу, в искусстве и в историческом развитии: добротою и щедростью стоит Россия; властною мерою спасается она от всех своих соблазнов.
Укажем, наконец, ещё на одно проявление русской душевной свободы - на этот дар прожигать быт смехом и побеждать страдание юмором. Это есть способность как бы ускользнуть от бытового гнёта и однообразия, уйти из клещей жизни и посмеяться над ними лёгким, преодолевающим и отметающим смехом.
Русский человек видел в своей истории такие беды, такие азиатские тучи и такую европейскую злобу, он поднял такие бремена и перенёс такие обиды, он перетёр в порошок такие камни, что научился не падать духом и держаться до конца, побеждая все страхи и мороки. Он научился молиться, петь, бороться и смеяться...
Пушкин умел, как никто, смеяться в пении и петь смехом, и не только в поэзии. Он и сам умёл хохотать, шалить, резвиться как дитя и вызывать общую весёлость. Это был великий и гениальный ребёнок, с чистым, простодушно-доверчивым и прозрачным сердцем.
В этом гениальном ребёнке, в этом поэтическом предметовидце - веселие и мудрость мешались в некий чистый и крепкий напиток. Обида мгновенно облекалась у него в гневную эпиграмму, а за эпиграммой следовал взрыв смеха. Тоска преодолевалась юмором, а юмор сверкал глубокомыслием. И, - черта чисто русская, - этот юмор обращался и на него самого, сверкающий, очистительный и, когда надо, покаянный.
Пушкин был великим мастером не только философической элегии, но и освобождающего смеха, всегда умного, часто наказующего, в стихах - всегда меткого, иногда беспощадного, в жизни - всегда беззаветно-искреннего и детского. В мудрости своей он умел быть как дитя. И эту русскую детскость, столь свойственную нашему народу, столь отличающую нас от западных народов, серьёзничающих не в меру и не у места, Пушкин завещал нам, как верный и творческий путь.
Кто хочет понять Пушкина и его восхождение к вере и мудрости, должен всегда помнить, что он всю жизнь прожил в той непосредственной, прозрачной и нежно-чувствующей детскости, из которой молится, поёт, плачет и пляшет русский народ; он должен помнить Евангельские Слова о близости детей к Царству Божьему.

Вот каков был Пушкин. Вот чем он был для России и чем он останется навеки для русского народа.
Единственный по глубине, ширине, силе и царственной свободе духа, он дан был нам для того, чтобы создать солнечный центр нашей истории, чтобы сосредоточить в себе всё богатство русского духа и найти для него неумирающие слова. Он дан был нам как залог, как обетование, как благодатное удостоверение того, что и на наш простор, и на нашу страсть может быть найдена и создана совершающая и завершенная форма. Его дух, как великий водоём, собрал в себя все подпочвенные воды русской истории, все живые струи русского духа. И к целебным водам этой вдохновенно возмущённой купели будут собираться русские люди, пока будет звучать на земле русский язык, чтобы упиться этой гармонией бытия и исцелиться от смуты, от застоя и брожения страстей".

#13 Mordovka

    Активный участник

  • Пользователи
  • PipPipPipPipPip
  • 3 213 сообщений

Отправлено 13 Июнь 2012 - 02:22

...В начале июня 91 года я повезла своего, тогда 9-летнего , сына в Псков,к своим друзьям. Приехали в Духов день- в понедельник после Троицы, и утром были в Троицком Соборе, где подросток -послушник убирал засохшие цветы. сгоревшие свечи вчерашнего праздника....
Подруга-музейщица организовала нам поездку в Пушкинские горы, и это оказалось 6 июня. Мы целый день почти ходили по лугам-пригоркам-паркам-садам...Были и в Михайловском у Пушкина, и в Тригорском у Осиповых-Вульфах...К концу экскурсии прибыли в Святогорский монастырь, постояли в полуразрушенном тогда еще соборе, и когда вышли к могиле поэта, вдруг сквозь солнце полил светлый дождь!
"С днем рождения тебя, Александр Сергеевич!- сказала экскурсовод,-Вот и природа тебе привет подает- солнечный дождь прислала!"Мы стояли у могилы, по плексиглассу, закрывавшему крест, текли струи воды- как наши благодарные слезы.

#14 Aks

    Участник

  • Пользователи
  • PipPip
  • 1 813 сообщений

Отправлено 13 Июнь 2012 - 04:48

Как Вы хорошо написали... А почему полуразрушенный собор? Там же музей был или решили отдать церкви, но всё равно почему полуразрушенный? Может быть не собор, а другая церковь Святогорского монастыря?

#15 Mordovka

    Активный участник

  • Пользователи
  • PipPipPipPipPip
  • 3 213 сообщений

Отправлено 13 Июнь 2012 - 10:11

Честно говоря, я точно уже не помню- собор был это, или просто церковь,но мне так запомнилось.
В июне 91 г. его реставрировали,штукатурили стены, восстанавливали купола и кровлю,но там были еще даже следы от войны- выбоины в стенах. Ведь по Пушкиногорью война здорово прошлась,но Михайловское и окрестности восстанавливались всем миром благодаря Гейченко, а до бывшего монастыря ,естественно, денег не находилось. Вот я не помню- в 77г,, кажется.нас туда и не водили, когда я на экскурсии была впервые.
Сейчас, скорее всего, его отдали РПЦ и там должно быть так,как было при Пушкине.С тех пор я не бывала в Пскове. к сожалению,хоть друзья и зовут.





Количество пользователей, читающих эту тему: 1

0 пользователей, 1 гостей, 0 анонимных