Перейти к содержимому


Канны-2016

итоги кинофестиваля

В теме одно сообщение

#1 alexandrion12

    Активный участник

  • Пользователи
  • PipPipPipPipPip
  • 8 974 сообщений

Отправлено 26 Май 2016 - 03:39

Канны-2016. Призеры и итоги. Ода соцреализму

Изображение
Кен Лоуч
Фото: Eric Gaillard / Reuters

На Круазетт раздали призы — в очередной раз поразив своим решением весь критический мир, прогнозировавший совсем другие награды. Корреспонденты «Ленты.ру», завершая ежедневные трансляции с киносмотра, рассказывают, нужно ли верить жюри, имеют ли значение награды и каким 69-й Каннский фестиваль запомнится им.




Игорь Игрицкий об итогах конкурса

Подводя итоги Каннского смотра, первое, что приходит в голову, — это был жесткий троллинг. Фестиваль, обладая солидным пулом качественных фильмов (в последний день показали картину «Она» Пауля Верхувена, которой критики дружно прочили победу), раздал призы, мягко говоря, в совершенно непредсказуемом стиле. На самом деле создалось ощущение, что Джордж Миллер со товарищи решил поиздеваться над высоколобыми европейскими критиками и журналистами и просто присудил победу самому старшему из прославленных мастеров, присутствовавших в конкурсе (кстати, получавшему уже главную награду). Британец Кен Лоуч снял неплохой фильм, но хотите верьте, хотите нет — к концу фестиваля я совершенно забыл о его существовании в программе. Видимо, в преддверии 80-летия коллеги по цеху захотели сделать мистеру Лоучу хороший подарок. Фильм «Я, Дэниел Блейк» абсолютно лишен фирменного обаяния, присущего лентам юбиляра, к тому же он остросоциальной направленности. Это такой жесткий реализм, вколачивающий прописные истины гвоздем на манер Диккенса или Достоевского (только спустя полтора века хотелось бы минимального переосмысления судьбы героев, как будто выпрыгнувших из классического романа XIX века). Лоуч оставил без награды фаворитов настолько неожиданно, что потребуется время, чтобы волна возмущения улеглась. Но это еще не все.

Во-первых, давно такого не было (даже не припомню, когда в последний раз), чтобы одному и тому же фильму давали сразу два второстепенных приза. Так случилось с иранской картиной «Коммивояжер», действительно неплохой, о которой мы писали в 10-й день, получившей и главную мужскую роль, и приз за сценарий. Обычно, имея в обойме основного конкурса 20 и более картин, жюри считает, что надо распределять награды более равномерно, раз есть выбор. А если вы уж так хотите наградить именно этот фильм, ну и отдайте ему «Золотую пальмовую ветвь», какие проблемы? Тут бы я совершенно не расстроился, мне фильм тоже понравился. Но нет, дробят зачем-то. Может быть, раз в жюри был иранский продюсер (ее зовут Катаюн Шахаби), существовало какое-то дополнительное лоббирование? Не знаю, но все это выглядит странно.

Изображение
Кадр: фильм «Коммивояжер»

Женскую победу все прочили Сандре Хюллер из фильма Марен Аде «Тони Эрдманн», но увы. Нет проблем, никто не против филиппинки Жаклин Хосе из «Мамы Розы» Брильянте Мендосы, хотя среди моих фаворитов этот фильм не значился, а немецкий все-таки был, именно из-за героини. Членам жюри виднее.

Но по мере объявления призов недоумение нарастало. Гран-при завоевал фильм Ксавье Долана «Это всего лишь конец света» — откровенно слабая картина канадца, который даже на пресс-конференции признавался, что у него не хватило денег на голливудскую постановку, поэтому он выбрал плохую французскую пьесу об умирающем писателе. В начале 90-х (время написания пьесы Жан-Люка Лагарса) умереть от СПИДа в Европе было еще более-менее легко, а сейчас эти страсти смотрятся каким-то диким анахронизмом, героям уже невозможно по-настоящему сочувствовать (режиссер в силу того, что находится в группе риска, вероятно, может). Что уж такого нашли номинаторы в фильме 28-летнего каннского любимца, мне совершенно неведомо, да и оценки у него были крайне низкие. Зато понятно, почему на вручении награды Долан буквально заливал сцену слезами — парень в успех не верил.

Изображение

Кадр: фильм «Всего лишь конец света»

Дальше — совсем беда. Картина Оливье Ассаяса «Персональный покупатель» делила с Шоном Пенном рекордно низкие баллы от критиков, но наравне с румыном Кристианом Мунджиу за «Бакалавриат» выиграла приз за режиссуру. Однако и сам Мунджиу снял куда более слабую вещь, чем, например, его коллега Кристи Пуйю, не получивший ровным счетом ничего. И тоже румынская лента сделана в духе соцреализма, как и фильм Лоуча. Единственным утешением стал спецприз жюри для Андреа Арнольд за American Honey, но подобные награды хоть и почетны, однако не столь весомы. А этот фильм, на мой взгляд, также мог претендовать на лучшую женскую роль.

Правда, стоит добавить ложку меда в эту бочку дегтя. Днем ранее были розданы награды во второй по значимости программе фестиваля — «Особый взгляд», где до сих пор присуждали только один главный приз, а в нынешнем году — целых пять, примерно как в основном конкурсе, правда без актерских наград. И тут приятным сюрпризом был спецприз жюри для Михаэля Дюдока де Вита с его полнометражным анимационным дебютом «Красная черепаха», о которой мы тоже писали. Главную же награду несколько неожиданно получил режиссер Юхо Куосманен опять-таки с черно-белой стилизацией в духе позднего соцреализма «Самый счастливый день в жизни Олли Маки» — о боксере в наилегчайшем весе, проигравшем главный бой в карьере из-за внезапно вспыхнувшей любви к горячей финской девушке.



Денис Рузаев о киноязыке и компромиссах

Премии и награды кинофестивалей предоставляют хороший материал для споров и постов в Facebook, но, если откровенно, никакого подлинного значения не имеют. Любой нормальный фильм работает с каждым зрителем в отдельности — и разве знание о «Золотой пальмовой ветви» или «Оскаре» что-то добавляет к самому кинопросмотру или придает картине новых смыслов, разве делает более или менее эффектными режиссерские приемы? Поэтому к призам в сфере искусства я, сказать по правде, давно приучил себя относиться с максимальной иронией. Если веточка принесет новых зрителей Кену Лоучу — прекрасно, с другой же стороны, где тогда такой зритель был раньше: Лоуч снимает уже полвека, и тем, кто в принципе обращает внимание на каннские призы, про него рассказывать ничего не нужно.

Надо также заметить, что Канны никаких трендов и тенденций уже давно, минимум 15 лет, не задают (это прерогатива Локарно, Роттердама, даже «Сандэнса») — они их только закрепляют, легитимизируя те движения киноязыка, которые синефилы успевают обсудить и осмыслить чуть ли не десятилетием ранее. В этом смысле программа этого года оказалась максимально показательной. Треть основного конкурса составляли живые классики — и из них, пожалуй, лишь Пол Верхувен с упоительно бесстыжим, провокативным триллером «Она» и Джим Джармуш с «Патерсоном» показали какие-то новые грани своего уже давно сложившегося стиля. Еще треть конкурсных фильмов снята на универсальном и уже не сильно удивляющем языке гуманистического реализма (Кристиан Мунджиу, Асгар Фархади). Среди остальных же были фильмы, явно вошедшие в программу в результате определенных компромиссов (Николь Гарсия, Шон Пенн), и всего горстка лент, пытающихся действительно оригинально работать с материей кино — успешно (Николас Виндинг Рефн, Ален Гироди, Андреа Арнольд) или не очень (Оливье Ассаяс, Ксавье Долан). Характерно, что самым популярным, всем полюбившимся открытием для большинства гостей фестиваля стал фильм «Тони Эрдманн» немки Марен Аде — вышедшей из так называемой «берлинской школы». О ней, на минуточку, в киноманских кругах впервые заговорили еще 10 лет назад. Оцените, что называется, быстроту реагирования Канн.

Изображение

Кадр: фильм «Она»

Но, не открывая, по крайней мере в основном конкурсе (на который в основном и обращает внимание массовый зритель), новых имен и новых дорог для развития кино, Канны, включая многочисленные параллельные программы, остаются, прежде всего, местом, где показывают попросту хорошее кино — непредсказуемое, приехавшее со всего мира. В этом смысле — и вне контекста заслуженности наград или новых форм — фестиваль определенно удался, более того, получился лучшим за те четыре года, что я сюда езжу. Потрясений и впечатлений хватало с лихвой. Это и «Американский мед» Андреа Арнольд, которой удалось перенести за океан свое умение без морализаторства и пошлости снимать о молодежи. Радикально бессовестный «Неоновый демон» Николаса Виндинг Рефна о том, как банальность глянцевого мира пожирает сама себя. Гипнотический, игривый, беззастенчивый апокалипсис сценариста в «Стоя прямо» Алена Гироди. Те же Верхувен и Джармуш, не теряющие запала и умения непредсказуемо играть с кинематографом. Беспощадный нырок на дно Манилы «Ма Роза» филиппинца Брийанте Мендосы. Вдумчивые, человечные, но не скучные эпосы о семейной жизни «Сьераневада» Кристи Пуйю и тот же «Тони Эрдманн». Бесконечно стильная и мастерски обводящая зрительские ожидания вокруг пальца «Мадмуазель» Пака Чан-ука. Ода сильной женщине в панораме целого общества «Аквариус» Клебера Мендонсы Фильо. И это только в конкурсе!

Изображение
Кадр: фильм «Американский мед»

Во внеконкурсных программах было не меньше интересного и мощного кино. Урок честного, без фальсификаций, но метафорического исторического кино от Альберта Серра «Смерть Людовика XIV». Запредельные — и максимально зрительские, не умничающие на пустом месте — корейские зомби-хоррор «Поезд в Пусан» Ен Сан-хо и паранормальный триллер «Плач» На Хон-джина. Жесткий, почти балабановский по уровню работы с такой материей, как судьба, «Ученик мастера» сингапурца Бу Юнфена. Показавший, как снимать правильный по духу вестерн, но на современном материале «Любой ценой» Дэвида Маккензи. Глубокая, душевная, но без дешевой сентиментальности мелодрама Хирокадзу Корэ-эды «После бури». Остроумный и ироничный фильм-завещание Поля Веккиали «Тупица». Мажорные голливудские блокбастеры «Большой и добрый великан» Стивена Спилберга и «Славные парни» Шэйна Блэка.

А сколько всего из-за безумных местных графиков и бесконечных очередей увидеть не удалось — от эстетского «Неруды» Пабло Ларраина до боксерских «Каменных кулаков» с Де Ниро в роли тренера. Программа Канн — почти безошибочный путеводитель по фильмам, которые стоит ждать, искать и советовать весь следующий год. Только за это фестиваль может себе позволить сколь угодно самодурное жюри и какое угодно распределение призов. Мне, по крайней мере, уже хочется пересмотреть свежими глазами большую часть увиденных здесь фильмов — так что, конечно, в широком смысле 69-й Каннский фестиваль совсем даже и не закончился.

Игорь Игрицкий
Денис Рузаев
https://lenta.ru/art...23/cannesfinal/


Лично я очень жду выхода на экраны (или на худой конец у пиратов) фильма "Патерсон". Джармуш как правило снимает замечательное кино.

#2 alexandrion12

    Активный участник

  • Пользователи
  • PipPipPipPipPip
  • 8 974 сообщений

Отправлено 26 Май 2016 - 03:43

Итоги Канн-2016: несмотря на скучный выбор жюри, это был лучший фестиваль за годы

Изображение

Призы

Ругать каннское жюри за неадекватный выбор лауреатов – добрая традиция, и Джордж Миллер с компанией, в которой преобладали актеры (Кирстен Данст, Мадс Миккельсен и другие), ее не нарушили. Перед ними вырисовывалось несколько в равной степени понятных вариантов распределения наград – от условно зрительского (Виндинг Рефн, Верховен, Пак Чан-ук) до синефильского (Пую, Мендонса Фильо, Гироди) и респектабельно консервативного (Джармуш, Дарденны, Альмодовар). Но жюри выбрало подборку призеров, скучную до зубовного скрежета. Один знакомый кинокритик на другом фестивале метко называл подобные решения «анальным огораживанием» – в том смысле, что жюри в первую очередь продемонстрировало боязнь кого-то обидеть. При всей любви к Кену Лоучу и его пронзительной драме «Я, Дэниел Блэйк» (на фото) не вполне ясно, чем она лучше других сорока фильмов британского классика. Лауреаты призов за режиссуру и сценарий Кристиан Мунджу и Асгар Фархади сняли худшие свои – и, что обиднее, самые конформистские – фильмы. Новоиспеченный обладатель Гран-при Ксавье Долан в сравнении с ранними своими работами топчется на месте – неудивительно, что он был здесь за «Всего лишь конец света» освистан так, что пообещал уйти из режиссуры. Теперь, очевидно, останется.


Изображение



Главные тренды

Вопреки репутации самого престижного фестиваля планеты, Канны в ХХI веке новых путей для существования кино вовсе не задают – наоборот, только закрепляют то, что раньше них (бывает, что и на пять-шесть лет) открывает такие киносмотры, как Локарно, Роттердам, «Сандэнс», даже Берлин. В этом смысле интересно, что почти все действительно удачные эксперименты в 2016-м были выведены за пределы основного конкурса (о них ниже). В самом же конкурсе, этой ярмарке достижений мирового арт-кино, попытки выйти за пределы уже осточертевшего гуманистического реализма демонстрировали только такие нахалы от режиссуры, как Николас Виндинг Рефн с доведенным до восхитительного абсурда глянцем «Неоновый демон», Оливье Ассаяс, в «Персональном покупателе» по 20 минут вглядывающийся в экран смартфона, и Ален Гироди с гипнотической, сновидческой секс-смехопанорамой «Стоя прямо».

В остальном же в фестивальном кино царит когда-то именно в Каннах поднятый на стяг душевный реализм в духе Дарденнов и того же Лоуча – другое дело, что сравнимой с ними широты души хватает лишь единицам вроде Кристи Пую с великой «Сьераневадой». Более того, даже сами Дарденны в «Незнакомке» демонстрируют, что метод истощается, перестает быть эффективным. Неудивительно, что так свежо смотрелись конкурсные работы, оперирующие в чистом жанре и пробующие его границы на прочность: психоэротический триллер «Она» Пола Верховена (на фото) и манерный, визуально и ритмически роскошный лесби-детектив Пака Чан-ука «Служанка».


Изображение


Сквозные темы

Мало что каннские отборщики любят так сильно, как параллели тем и сюжетов, неожиданно вырисовывающиеся в пересечениях фильмов программы. В этом году доходило чуть ли не до смешного. 69-й Каннский фестиваль стал смотром фильмов на следующие темы. Семья как модель трещащего по швам общества — «Сьераневада» Пую (на фото) и «Выпускные» Мунджу, «Водолей» Мендонсы Фильо и «После бури» Хирокадзу Корэ-эды, «Джульета» Педро Альмодовара и «Коммивояжер» Асгара Фархади, «Всего лишь конец света» Долана и «В тихом омуте» Брюно Дюмона. Сильная женщина на фоне коррупции и безразличия — тот же «Водолей», «Ма Роза» Брийанте Мендосы, «Незнакомка» Дарденнов. Фэшн как метафора современного материализма — «Неоновый демон», «Персональный покупатель».


Изображение

Новые герои

Подобно сквозным темам, на первый план Каннский фестиваль выводит и самых показательных для современного мира героев – при таком количестве затрагивающих одни и те же мотивы фильмов это просто неизбежно. Так, поразительно много было картин о врачах, причем часто самих нуждающихся в определенном исцелении. Это герои Пую, Мунджу, Шона Пенна, героиня Адель Энель у Дарденнов. Другой важный персонаж Канн-2016 – на удивление, боксер: из «Каменных кулаков» Джонатана Якубовича (на фото) и «Счастливейшего дня Олли Мяки» Юно Куосманена, фильма-победителя программы «Особый взгляд». Еще – любитель, пробующий себя в искусстве. О таких повествуют «Патерсон» Джармуша, «Коммивояжер» Фархади и даже в определенной степени «Ученик» Кирилла Серебренникова: герой превращает свою жизнь в тотальный квазирелигиозный перформанс, в воплощенный жест.



Изображение


Лучшие фильмы

Призы призами, но по общему уровню программы 69-й Каннский фестиваль получился лучшим за последние несколько лет. Если не считать Долана, Шона Пенна и Николь Гарсии, то слабых фильмов в основной программе просто не было – когда появится такая возможность в прокате и на фестивалях, смотреть нужно решительно все.

Вне конкурсной программы часто мелькали не менее сильные работы: изобретательный «Неруда» Пабло Ларраина, безумный детектив из ада «Вопль» корейца На Хон-джина, ураганный зомби-хоррор «Поезд в Пусан» его соотечественника Ен Сан-хо. Альберт Серра в «Смерти Людовика XIV» пробует на прочность костюмную драму, а бельгийский мультипликатор Михаэль Дюдок де Вит в «Красной черепахе» доказывает, что и европейцы могут без потери качества ставить кино на студии Хаяо Миядзаки Ghibli.

О живучести самых усталых жанров на свете – вестерна и бадди-муви – свидетельствуют «Ад или потоп» Дэвида Маккензи и «Славные парни» Шейна Блэка соответственно.

Наконец, главное новое имя, открытое Каннами-2016, – сингапурец Бу Юнфен, в свои 32 года снявший жесткого, горького «Ученика палача» (на фото): пожалуй, единственный фильм фестиваля, на котором можно было вспомнить имя скончавшегося три года назад как раз во время Канн Алексея Балабанова. Все это настойчиво рекомендуется к просмотру.
http://www.timeout.r...9868/pic-489398





Количество пользователей, читающих эту тему: 1

0 пользователей, 1 гостей, 0 анонимных