Перейти к содержимому


Концепция «воздушной мощи» в военных конфликтах XXI века


Сообщений в теме: 7

#1 sphynx

    Переводчик

  • Пользователи
  • PipPipPipPipPip
  • 3 638 сообщений
  • LocationСнежинск

Отправлено 06 Август 2016 - 07:04

Концепция «воздушной мощи» в военных конфликтах XXI века

Изображение
Зарочинцев С.В. | 01.08.2013

Детальное рассмотрение современных конфликтов, возникающих на пространстве от Европы до Ближнего Востока и Северной Африки, Юго – Восточной Азии, позволяет нам проверить известный тезис Клаузевица о продолжении политики военными средствами. Несмотря на значительный гуманистический прогресс после Мировых войн, военная сила по – прежнему является решающим фактором развития международной ситуации, а совершенствование средств и методов ведения войны оказывает значительное влияние на формирование международных отношений в целом.

Как показывает история, флот играл определяющую роль во многих конфликтах прошлого. Именно наличие сильного и боеспособного морского флота способствовало союзу Афин и Керкиры в Пелопоннесской войне, что значительным образом сказалось на развитии международной ситуации в Средиземноморье[1]. Сегодня же военно – воздушная мощь влияет на архитектуру миропорядка. Во многом, причины сохранения такой тенденции на протяжении тысячелетий лежат в плоскости развития Realpolitik и философской теории отражения: необходимость осязаемости военной мощи, власти, демонстрации силы – своего рода атрибуты нашего «военного миросозерцания», выражаясь словами А. Е. Снесарева. Весьма интересной представляется теория «агрессивного реализма» Дж. Миршаймера, которая, развивая концепцию сдерживания, утверждает в качестве наилучшего пути укрепления национальной безопасности достижение гегемонии в данный момент времени[2]. Исходя из агрессивного поведения государств в анархичной международной системе, формируется необходимость наращивания военной мощи с целью предупреждения других акторов. Однако, Миршаймер ключевую роль отводит сухопутным силам и ограничивает применение военно – воздушного и военно – морского флота поддержкой наземных сил, потому что успех доминирования заключается в возможности захватывать и контролировать территории. Несомненно, военно – технический прогресс российских ВВС, подтверждённый во время последних операций по противодействию международному терроризму, позволяет оказывать активное влияние на зону конфликта посредством лишь высокоточных ударов авиации и флота. Думается, именно этим обусловлены формирование и эволюция военной и геополитической стратегии «воздушной мощи» в западной и отечественной научной мысли. С развитием технического прогресса, глобализационных процессов происходит и трансформация пространств противоборства. Всё большую роль играют не столько сухопутные и военно – морские силы, сколько войска воздушно – космической обороны, происходит расширение информационного противостояния в русле гибридных угроз.


Изображение


Основоположником учения о воздушной войне считается итальянский генерал Джулио Дуэ, который в своей работе «Господство в воздухе»[3] обозначил перспективы применения военно – воздушных сил, сформулировал идею массированного удара по жизненным центрам противника. Такой подход ляжет в основу боевого применения ВВС в период Второй мировой войны как фашистской Германией, так и странами антигитлеровской коалиции[4]. В современном же виде концепция «воздушной мощи» нашла нормативное отражение в США в уставе AFM 1-2 «Основная доктрина ВВС» и сменившем его AFM 1-1 «Основная воздушно – космическая доктрина ВВС США»[5]. На протяжении полувека (с середины 40-х до 90-х гг. XX века) американская военная мысль, опираясь на геополитические и морские стратегии А. Мэхена, переносила идею господства на море в воздушное пространство. Только теперь речь шла не просто о «господстве», а о концепции «глобальный размах – глобальная мощь», ядром которой является тезис о возможности нанесения удара в любой точке планеты в течение суток. Более того, именно ВВС должны играть решающую роль в региональных военных конфликтах. Опыт применения ВВС Израиля в ходе Шестидневной и Ливанской войн, ВВС США и их союзников в Ираке и Югославии показывает, как сокращается время наземной стадии операции, если ей предшествовали массированные бомбардировки. В то же время, такое использование ВВС имеет много общего с «ковровым бомбометанием» времён Второй мировой войны и может нести значительные политические риски, связанные с возможными неоправданными жертвами среди местного населения. Самые последние случаи демонстрации воздушной мощи связаны либо с установлением бесполётной зоны (как в Ливии), либо с нанесением высокоточных ударов (действия РФ в Сирии). При этом имеет место тенденция к двоякому проявлению концепции воздушной мощи в современных конфликтах. С одной стороны, США опираются на исторический опыт размещения военно – морских и военно – воздушных баз по всему миру и продолжают наращивание своего присутствия, то есть речь идёт о преимущественно количественном подходе, связанным со значительными трудностями по развёртыванию военной инфраструктуры. В аналогичном плане действует и КНР, расширяя зону ответственности своих ВВС до американских баз в западной части Тихого океана посредством введения в 2013 г. зоны идентификации противовоздушной обороны в Южно – Китайском море и строительства авианосца «Ляонин». С другой стороны, программные документы выдвигают курс на концепцию «глобального воздействия», связанную с усилением космической составляющей и согласованности действий в информационном пространстве, что в значительной степени предполагает акцентирование внимания на качественных характеристиках[6]. Примечательным в этой связи является формирование нового вида вооружённых сил – Войск воздушно – космической обороны в России, что свидетельствует о повышении уровня организации военного управления, своевременности реагирования на наиболее значимые угрозы.


Изображение


Также, более прогрессивным можно считать опыт размещения авиационной группы ВВС России в Сирии, которая изначально ориентировалась на результат, а не на формальное присутствие в регионе. Таким образом, нами в данном конфликте был применён смешанный подход, заключающийся в размещении военной базы за рубежом на ограниченный срок, исключительно для достижения практических целей и с наименьшими жертвами среди мирных граждан. Постоянное военное присутствие в иностранном государстве преимущественно направлено на достижение тактических целей, в стратегическом же плане политические и экономические недостатки использования баз со временем перевешивают плюсы и становятся бременем для государства. Требуется постоянное поддержание конфликтной ситуации в целях оправдания в глазах общественного мнения трат налогоплательщиков на заморские воинские части, что совершенно не способствует прогрессу в разрешении противоречий. Возможно, именно поэтому США и их союзникам за достаточно длительный срок так ничего хорошего и не удалось сделать на сирийской земле. Важнейшим элементом воздушной мощи является собственно само вооружение, наличие которого с точки зрения теории «военно – технологического детерминизма» способно оказывать влияние на развитие международной ситуации.


Воздушная мощь в современных конфликтах проявляется не только посредством нанесения ударов по противнику, но и через саму возможность применения военной силы в случае необходимости, что составляет своего рода латентную её часть. Примечательным здесь является пример размещения в Сирии современных средств ПВО, которое предупредило появление новой стороны в конфликте, а в совокупности с комплексным применением высокоточного оружия авиацией и флотом, показательной дозаправкой стратегических бомбардировщиков ВВС России ночью над Средиземным морем позволило странам НАТО объективно взглянуть на возможность конфронтации с Россией[7]. Справедливости ради стоит отметить, что и появление концепции «глобального удара» в числе основных внешних военных опасностей в п. 12 Военной доктрины Российской Федерации наряду с развёртыванием систем стратегической противоракетной обороны и намерением разместить оружие в космосе связано с многочисленными проектами США и их союзников. Во исполнение «мгновенного глобального удара» (PGS – Prompt Global Strike) производятся активные разработки средств воздушно – космического нападения (СВКН) и обороны (СВКО), а также, гиперзвуковых летательных аппаратов и ракет. Проекты оборонного агентства DARPA в США (AASC, HAWK, TBD, XS-1, NAI Wave Rider, CAV, FALCON), SHEFEX в Германии,

Skylon в Великобритании, IXV во Франции[8] уже давно направлены на освоение космического пространства военными средствами и в военных целях[9]. Значительный научно – технический прогресс в воздушно – космической сфере, активное совершенствование средств высокоточного поражения, интеграционные процессы в политической и экономической области, то есть изменения в социально – экономическом базисе и общественно – политической надстройке порождают существенные сдвиги в военной стратегии и строительстве вооружённых сил. Концепция воздушной мощи на сегодняшний день находится в плоскости современного военного миропонимания, на острие нового поколения войн, сочетающего в себе как традиционные конвенционные средства ведения войны, так и гибридные методы противоборства. Само боевое применение военно – воздушных и космических сил претерпевает значимые изменения в контексте развития информационно – коммуникационных систем. Поэтому, от облика новых Войск воздушно – космической обороны во многом зависит и состояние вооружённых сил в целом, способность гибко, точно и быстро реагировать на многочисленные угрозы со стороны традиционных акторов и различного рода квазигосударств, террористических формирований.


В последних работах известные отечественные военачальники и научные деятели В. И. Слипченко, Е. Г. Никитенко, И. М. Капитанец достаточно полно рассматривают вопрос периодизации поколений войн. В частности, особое внимание уделено концепции воздушной мощи в работе «Войны шестого поколения» В. И. Слипченко[10]. Подчёркивается изменение роли и функций видов вооружённых сил государств в рамках бесконтактных войн, основной составляющей механизма которых являются длительные, массированные удары с применением высокоточного оружия. Цель таких ударов сосредоточена в разрушении экономики противника, что и будет составлять победу в войнах будущего. Справедливым данный тезис можно считать и применительно к военной операции России в Сирии, которая была направлена преимущественно на разрушение материальной и хозяйственной составляющей террористической организации ИГИЛ. Стратегические ударные и оборонительные силы будут составлять основу вооружённых сил государств. В то же время, стоит несколько переосмыслить роль ядерного оружия в стратегии сдерживания, которое при всей своей сокрушительной силе оказывается неэффективным в решении конкретных военных и политических задач. Всё это требует постоянного совершенствования сил воздушно – космической обороны, системы военного планирования. Кроме того, активное применение в военном конфликте воздушно – космических сил несёт в себе ряд политических последствий.


Изображение


Результатом демонстрации воздушной мощи в современных конфликтах будет изменение военных и политических характеристик миропорядка. Прежде всего, закономерным является освоение не только воздушного, но и космического пространства. Помимо перспективы размещения там вооружения, вероятной является и возможность нарушения режима работы спутниковых систем коммуникации, слежения и навигации. Значительные трудности представляет и несовершенство международно – правового регулирования в данной сфере. Установлены правила использования ядерного оружия, но вопросы освоения космоса военными средствами, не связанными с таковым, не имеют чётких и однозначных ответов. Очевидным трендом развития концепции воздушной мощи является её трансформация в воздушно – космическую мощь, связанная с существенным техническим прорывом в создании инновационных средств доставки и гиперзвуковых ракет, улучшением характеристик средств противовоздушной обороны. Вероятно, в этой связи предстоящие политические выводы будут касаться организации единой системы воздушно – космической обороны между союзниками, как со стороны блока НАТО, так и со стороны России. Будет ли это сделано на евразийском пространстве[11] или в рамках иных интеграционных объединений (ОДКБ, ШОС или даже БРИКС), покажет время[12]. Ещё одним важным следствием концепции воздушной мощи в контексте формирования нового поколения войн можно считать её включение в общую гибридную стратегию применения вооружённых сил. А именно, сегодня можно наблюдать значительную переориентацию в боевом применении ВВС. Если раньше авиаудары наносились для поддержки наземных сил или осуществлялись в их развитие, то теперь самым большим можно считать использование сил специальных операций. Преимущественно же воздушная мощь сегодня требует согласования с иными неконвенционными способами в рамках информационного и финансово – экономического противостояния. Во время боевой операции в Сирии ВВС России шли рука об руку не только с группами спецназа, но и с ресурсами военной космической разведки, Росфинмониторинга, ФСБ России, которые с территории нашего государства выявляли финансовые и обеспечивающие центры противника, раскрывали цепи поставок контрабандной нефти. Таким образом, воздушно – космическая мощь нуждается также и в информационной мощи в самом широком плане, а все характеристические черты гибридных угроз характеризуют и современные аспекты боевого применения ВВС. Отдельно стоит обозначить перспективы использования «мягкой силы» в связке с воздушной мощью. Казалось бы, данные парадигмы находятся на разных сторонах силы, но более пристальное их рассмотрение позволяет нам найти несомненные точки соприкосновения. Действительно, сама «мягкая сила» (soft power) при несколько ином переводе и подходе может пониматься как «гибкая власть», что является определяющим и для гибридного способа противоборства и использования воздушной мощи. Тенденцией развития обеих концепций является определённое гуманистическое начало: «мягкая сила» опирается на культурные, экономические и социально – политические механизмы воздействия, которые исключают возможность человеческих жертв, так как отражают иную сторону противоборства. Воздушная мощь, как и гибридная стратегия в целом, направлена на точечное применение силы, минимизацию человеческих потерь. Иными словами, гибридные способы противостояния, связанные с применением военной силы, несут в себе своеобразную инъекцию «мягкой силой». В целом, концепция воздушной мощи, «мягкой силы», гибридная стратегия выступают в органическом единстве с сетецентрическим подходом к ведению войн, не только формируют новое поколение в развитии данного явления, но и оказывают значительное влияние на развитие дипломатии, мировой политики и международных отношений.


Изображение


Пункт 26 Стратегии национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года указывает, что «стратегическое сдерживание предполагает разработку и системную реализацию комплекса взаимосвязанных политических, дипломатических, военных, экономических, информационных и иных мер, направленных на упреждение или снижение угрозы деструктивных действий со стороны государства – агрессора». Кроме того, п. 9 Концепции внешней политики Российской Федерации обращает особое внимание на сетевую дипломатию, пришедшую на смену блоковым подходам, которая опирается на «гибкие формы участия в многосторонних структурах». Концепция воздушной мощи представляет собой составной элемент проявления комплексного военно – политического, цивилизационного подхода к поиску форм сотрудничества и взаимодействия. Войска воздушно – космической обороны в современной ситуации готовы выполнить любую задачу по поддержанию национальной безопасности России, но в стратегическом плане они служат делу мира во всём мире, используя военную мощь в целях справедливого и безопасного миропорядка.


Список литературы:

  • Военная доктрина Российской Федерации // Российская газета. 2014. 30 декабря.
  • Указ Президента Российской Федерации от 12 мая 2009 г. N 537 «О Стратегии национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года» // Российская газета. 2009. 19 мая.
  • Концепция внешней политики Российской Федерации: [сайт]. URL: http://www.kremlin.ru/acts/news/785 (дата обращения: 30.03.2016).
  • Дуэ Дж. Господство в воздухе. Сборник трудов по вопросам воздушной войны. – М.: Воениздат НКО СССР, 1936.
  • Заяц В. Эволюция концепций строительства и боевого применения ВВС США / Зарубежное военное обозрение. 2002, №1, с. 22-30.
  • Мельник Я. Основные направления развития средств воздушно – космического нападения США и НАТО / Зарубежное военное обозрение. 2015, №8, с. 65-71.
  • Подберезкин А. И. Евразийская воздушно - космическая оборона. М.: МГИМО – Университет, 2013.
  • Слипченко В. И. Войны шестого поколения: Оружие и военное искусство будущего. М.: Вече, 2002.
  • Фукидид. История: Пер. с греч. – М.: Академический Проект, 2012.
  • Jia Xu, David Merrell, John P. Godges, James S. Chow, Aerospace Concept Exploration System: Architecture and Methods for an Air Vehicle Design Tool, RAND Working Papers: [сайт]. URL: http://www.rand.org/...rs/WR1122.html.
  • John J. Mearsheimer, The Tragedy of Great Power Politics. New York: Norton.
  • US Strategy for Civil and Military Space. URL: https://www.youtube....?v=YWhQ7jvX4BM.
Зарочинцев С.В.

[1] См. речь послов Керкиры перед народным собранием в Афинах (433/432 г.): Фукидид. История: Пер. с греч. – М.: Академический Проект, 2012. С. 23-24.
[2] John J. Mearsheimer, The Tragedy of Great Power Politics. New York: Norton. P. 35.
[3] Дуэ Дж. Господство в воздухе. Сборник трудов по вопросам воздушной войны. – М.: Воениздат НКО СССР, 1936.
[4] Тем более, что военная мысль США к тому времени уже имела отдельные наработки генерала Уильяма Митчелла по вопросам массированных авиаударов и их психологических последствий для противника.
[5] Развитие воззрений на боевое применение ВВС США достаточно подробно рассмотрено В. В. Зайцем в статье «Эволюция концепций строительства и боевого применения ВВС США» (См.: Заяц В. Эволюция концепций строительства и боевого применения ВВС США / Зарубежное военное обозрение. 2002, №1, с. 22-30).
[6] Новой архитектуре освоения космического пространства посвящён доклад специализированного проекта по изучению воздушных сил влиятельной американской корпорации RAND: Jia Xu, David Merrell, John P. Godges, James S. Chow, Aerospace Concept Exploration System: Architecture and Methods for an Air Vehicle Design Tool, RAND Working Papers: [сайт]. URL: http://www.rand.org/...rs/WR1122.html.
[7] Американский авторитетный журнал «The National Interest» с завидной регулярностью даёт оценку самым современным российским разработкам вооружения, не забывая в конце каждой статьи напомнить читателям о необходимости сдерживания России.
[8] См. подробнее о средствах воздушно – космического нападения: Мельник Я. Основные направления развития средств воздушно – космического нападения США и НАТО / Зарубежное военное обозрение. 2015, №8, с. 65-71.
[9] Об этом открыто заявляют и представители высшего военного руководства США в своих выступлениях. Например, генерал Дж. Картрайт неоднократно на мероприятиях в Центре стратегических и международных исследований (ЦСМИ) говорил о перспективах взаимодействия военного и частного сектора в освоении космоса, информационного пространства (См. дискуссию в ЦСМИ «US Strategy for Civil and Military Space»: https://www.youtube....h?v=YWhQ7jvX4BM).
[10] См.: Слипченко В. И. Войны шестого поколения: Оружие и военное искусство будущего. М.: Вече, 2002.
[11] См. посвящённую данному вопросу работу ЦВПИ МГИМО: Подберезкин А. И. Евразийская воздушно - космическая оборона. М.: МГИМО – Университет, 2013.
[12] Тем более что опыт создания единой системы ВКО в рамках Союзного государства уже имеется.


Источник

#2 Alfredius

    Активный участник

  • Пользователи
  • PipPipPipPipPip
  • 3 255 сообщений
  • LocationМосква-Владимир, далее везде, покуда старуха с косой не настигнет.

Отправлено 11 Август 2016 - 02:47

Все это, конечно, здорово. На бумаге, оно, завсегда здорово. Но война - это война. Суть ее в том, что с одной стороны план и с другой стороны - план. И оба планы прекрасны. До момента начала активного взаимодействия сторон. После этого момента хоть садись, да новый план составляй. Старый-то уже ни куда не годится.
"Опыт применения ВВС Израиля в ходе Шестидневной и Ливанской войн, ВВС США и их союзников в Ираке и Югославии показывает, как сокращается время наземной стадии операции, если ей предшествовали массированные бомбардировки" Опыт он, конечно. И, само собой, воздушная мощь прекрасно сама по себе. И про экономику сказано здорово. Вот только есть в этом деле оттенки, даже, скорее, оттеночки. Например, Корейская и Вьетнамская войны. Если ближе - то 1 и 2-я Афганские войны. Да собственно говоря и ныне текущая Сирийская.
Из последней примерчик: Прилетели из России стратегические бомберы и вмазали со всей дури по супостату. Ажин целых 30 рыл грохнули. Замечательно? А давайте посчитаем скоко все это стоили для нас и скоко для них. Не прослезимся ли после подсчетов-то? Нет смысла создавать зенитную ракету, которая стоит столько же сколько сбиваемый ею самолет. По той причине, что в таком случае непонятно кто собственно получает удар по экономике-то. Соотношение стоимость/эффективность отменять ни кому не удалось. Массированные высокоточные бомбардировки? Ну-ну. И кто быстрее разориться? Высокоточное, оно, ить, сугубо дороже малоточного или там вообще не точного. Если обратиться к хорошо знакомому: "Тигр" - был неплохой для своего времени танк. Сугубо эффективней, например, Т-34. А по стоимости кто-то пробывал сравнить? Сколько стоил "Тигр" и сколько Т-34? И сколько Т-34 можно было сделать за стоимость одного "Тигра"? Коротко говоря, воздушная мощь только тогда эффективна, когда с ее помощью ломается противник, т.е. он теряет волю и способность сопротивляться. Если этого нет, то вся воздушная мощь оказывается фейком и пустой тратой казенных сумм. Что Корейская, Вьетнамская, обе Афганские и вот сегодня Сирийская войны наглядно и демонстрируют. Недаром СССР всегда ориентировался не на "Воздушную мощь", а на поддержку с воздуха сухопутных сил. И именно он победил во Второй Отечественной. Ибо на войне как на войне: все для фронта, все для победы. А что не входит в это все - отношения к делу не имеет.
Хочу жить в Бирюлево Западном

#3 Сергей Гончаров

    Активный участник

  • Пользователи
  • PipPipPipPipPip
  • 8 174 сообщений
  • LocationКиев, Украина

Отправлено 23 Октябрь 2016 - 11:18

Все это хорошо. Даже очень хорошо. Лепота! :wub: Но вот только... :unsure: Против "нецивилизованного" :ph34r: или имеющего тоталитарное общественно-полтическое устройство противника "конвенциальная" воздушная мощь эффективна лишь при пространственно-демаографическому сообразном масштабу ТВД массированном использовании без каких бы то ни было политико-правовых ограничений. Единственная эффективная альтернатива - использование ОМП. И то зачастую тоже массированное.

Сообщение отредактировал Сергей Гончаров: 23 Октябрь 2016 - 11:28

За хлеб, за воду, за свободу, за счастливый труд - Советские Ракеты буржуев в пыль сотрут!

#4 Сергей Гончаров

    Активный участник

  • Пользователи
  • PipPipPipPipPip
  • 8 174 сообщений
  • LocationКиев, Украина

Отправлено 23 Октябрь 2016 - 11:33

Цитата

Нет смысла создавать зенитную ракету, которая стоит столько же сколько сбиваемый ею самолет. По той причине, что в таком случае непонятно кто собственно получает удар по экономике-то.
Ошибаетесь. Сравнивать нужно не стоимость ЗУР и самолета, а стоимость ЗУР и того, что может быть уничтожено самолетом в случае поражения им цели. Почти аналогичный вопрос уже обсуждался - в Британии применительно к вооружению зенитной артиллерией торгового флота в годы IIWW.
За хлеб, за воду, за свободу, за счастливый труд - Советские Ракеты буржуев в пыль сотрут!

#5 Bravo@

    Пользователь

  • Пользователи
  • PipPipPipPipPip
  • 2 898 сообщений
  • LocationНАТО

Отправлено 24 Октябрь 2016 - 06:29

Есть еще смысл сравнивать восполняемость боевых едениц, ракету, самолёт можно достаточно быстро заменить, пилоты имеют тенденцию щаканчиваться, в отличие от операторов зенитных комплексов.

#6 pkdr

    Активный участник

  • Пользователи
  • PipPipPipPipPip
  • 4 940 сообщений

Отправлено 24 Октябрь 2016 - 10:51

Просмотр сообщенияAlfredius (11 Август 2016 - 02:47 ) писал:

Из последней примерчик: Прилетели из России стратегические бомберы и вмазали со всей дури по супостату. Ажин целых 30 рыл грохнули. Замечательно? А давайте посчитаем скоко все это стоили для нас и скоко для них. Не прослезимся ли после подсчетов-то?
1. Против абреков в основном применяются Су-24 с "гефестом", благодаря которым он может с 5 километров сыпать на головы абрекам ещё советские простые бомбы из чугуния и тротилия с точностью как у высокоточного оружия и понятно, какой ценой. Иногда применяется более современный Су-34, но он всё же дешёвый фронтовой бомбер. Изредка постреливают ракетами Ту-22, исключительно для тренировки пилотов в околобоевых условиях.

2. А стратегические же бомберы от силы пару раз стрельнули туда, опять же чисто ради тренировки экипажей. Так бы они потратили бы столько же топлива на учениях и стрельнули бы теми же ракетами по полигону, а тут двойной профит: экипаж осуществил настоящий боевой пуск и аж 30 абреков отправились к гуриям.

3. Каждый убитый в Сирии аллахакбар означает, что он потом не полезет к нам в Чечню, и вообще истреблять акбаров в Сирии для нас намного лучше, чем истреблять рядом с нашими границами.

#7 Alfredius

    Активный участник

  • Пользователи
  • PipPipPipPipPip
  • 3 255 сообщений
  • LocationМосква-Владимир, далее везде, покуда старуха с косой не настигнет.

Отправлено 15 Декабрь 2016 - 09:28

Просмотр сообщенияСергей Гончаров (23 Октябрь 2016 - 11:33 ) писал:

Ошибаетесь. Сравнивать нужно не стоимость ЗУР и самолета, а стоимость ЗУР и того, что может быть уничтожено самолетом в случае поражения им цели. Почти аналогичный вопрос уже обсуждался - в Британии применительно к вооружению зенитной артиллерией торгового флота в годы IIWW.
При предлагаемом подходе в стоимость придется включать всю систему ПВО от радаров до ВНОС, ибо без таковых установка ЗРК абсолютно безпомощна.
В случае с торговым флотом -да. В остальных? Кроме того, та же Вторая Большая показала, что ПВО торгового флота практически бесполезна. Зато, надо признать за плюс, нервы экипажа успокаивала. Представление о том, что если дать дикарю современное оружие то он - охо-хо! несколько сомнительно. Выучка расчетов и пилотов - вот что на деле сталкивается. Не помню кто и при каких обстоятельствах сказал: "Воздушные войны выигрывают не асы, а рядовые выпускники летных училищ".
Даже сегодня ПВО обеспечивает относительную безопасность в отдельных точках и узлах (очаговое построение)
Хочу жить в Бирюлево Западном

#8 Alfredius

    Активный участник

  • Пользователи
  • PipPipPipPipPip
  • 3 255 сообщений
  • LocationМосква-Владимир, далее везде, покуда старуха с косой не настигнет.

Отправлено 15 Декабрь 2016 - 09:30

Просмотр сообщенияpkdr (24 Октябрь 2016 - 10:51 ) писал:

1. Против абреков в основном применяются Су-24 с "гефестом", благодаря которым он может с 5 километров сыпать на головы абрекам ещё советские простые бомбы из чугуния и тротилия с точностью как у высокоточного оружия и понятно, какой ценой. Иногда применяется более современный Су-34, но он всё же дешёвый фронтовой бомбер. Изредка постреливают ракетами Ту-22, исключительно для тренировки пилотов в околобоевых условиях.

2. А стратегические же бомберы от силы пару раз стрельнули туда, опять же чисто ради тренировки экипажей. Так бы они потратили бы столько же топлива на учениях и стрельнули бы теми же ракетами по полигону, а тут двойной профит: экипаж осуществил настоящий боевой пуск и аж 30 абреков отправились к гуриям.

3. Каждый убитый в Сирии аллахакбар означает, что он потом не полезет к нам в Чечню, и вообще истреблять акбаров в Сирии для нас намного лучше, чем истреблять рядом с нашими границами.
П\п 1 и 2 совершенно согласен.
п. 3 - только если имеется некое количественное ограничение аллахакбаров. При отстутствии такового... понятно, да?
Хочу жить в Бирюлево Западном





Количество пользователей, читающих эту тему: 1

0 пользователей, 1 гостей, 0 анонимных