Перейти к содержимому


ПИСЬМА С ФРОНТА


Сообщений в теме: 2

#1 Aks

    Участник

  • Пользователи
  • PipPip
  • 1 813 сообщений

Отправлено 09 Май 2012 - 08:24

ПИСЬМА С ФРОНТА

Изображение
Наверное, все заметили, как мало на наших улицах стало фронтовиков? Ещё совсем недавно 9 мая глаза с радостью и благоговением останавливались на их наградах, а сейчас я ловлю себя на том, как редко видишь их в людском потоке, текущем в святой день к Вечному огню. И щемит сердце, и чувство сиротства охватывает душу. Отчего так?

Не знаю, право. Но с тех пор как это стало так заметно, мне всё грустнее и грустнее в день Победы, и я – буквально – с ужасом думаю о том, что когда-то – и довольно скоро – мы не увидим их совсем. Дорогие наши, пожалуйста, живите дольше, хотя всей своей жизнью вы заслужили бессмертие.
Вечная память.

Предлагаемые письма – часть этой нашей общей памяти, в них отразился дух народа-победителя, торжество человечности, в них – ответ на иногда задаваемый вопрос «как мы победили такое сатанинское зло», в них – слава и доблесть России.
Изображение
Изображение

1942-1943 гг. (сохранена орфография подлинника)

25. VIII.42 г.
Здравствуйте, прекрасного сердца человек Мария Кузьмична!

Рад сообщить Вам, что получил письмо датированное 10 августа; спасибо Вам за отзывчивость, о, даже больше чем спасибо. Я, вот писал своей Марусе «а кто же сообщит ей когда случится со мной несчастье», конечно есть добрые люди но было печально если никто не сообщит. Вот я потерял брата с августа того года и никто не написал мне, нислова, как тяжело, как трудно сознавать об этом.
Сегодня я читал Вашу открытку написанную на имя Военкома курсов, будьте спокойны всё устроим.
1 По аттестату за те месяцы, которые не оплачены Грише Вы имеете право получить в райвоенкомате.
2 Вам, согласно звания присвоенного Грише должны через райсобес установить пенсию примерно 200-300 руб. в месяц на детей.
3 Вы спрашиваете, из чего была прервана жизнь Гриши? Когда я вызвал участников этих боёв и спросил о Грише, они сказали что мина из миномёта брошенная попала в него, значит Кротов и Журавлёв правы и о них тоже сказали, что они были ранены.
Оба они были метрах в 20 от Гриши.
4 Бои происходили недалеко, Артиллерийский огонь был слышен нам.
Вы просили моего разрешения на письменную связь, будьте добры пишите, пишите.
Я буду осчастливлен оказать всегда, всегда поддержку вашего духа; я буду очень рад получать Ваши письма. Пишите когда будет тяжело на сердце, как говорят: и всегда получите ответ. Имя моё самое русское – Пётр, отчество Георгиевич. Зовите попросту это даже лучше.
Интересно что напишет Вам моя Муся, напишите мне, хорошо?
Я, пока чувствую себя хорошо в смысле здоровья, благодарю Вас сердечно за осведомлённость и чуткость!
Раны у меня были сильно велики, но в мягкой ткани и кожа нежная образовалась на глубоком шраме боль чувствуется, потому что смрадное железо гитлера «сидит в моём теле». Да, если буду жив и приеду домой побывать у вас постараюсь поцелую ваших детей, но вероятность возвращения, милая Мария Кузьминична, очень мала. Я всё время подготавливаю свою Мусю к страшному переживанию, когда меня не будет чтобы она легче перенесла горе.
Будьте же здоровы Мария Кузьминична, старайтесь всей волей, вашего хорошего, большого сердца меньше волноваться, страна Вас не оставит. Пишите мне если кто встанет на пути вашей жизни поперек когда Вы будете добиваться помощи в материальных вопросах.
До свидания,
С уважением к вам и крошкам вашим Петр
Целую Идочку и Гошу!


Работаю я все на том же месте и только тогда пойду в бой когда снова как 21 июня призвали курсы в бой, а напишу
Обязательно Вам и домой
.


20.10.42 г.
Изображение
Здравствуйте, Мария Кузьминична!

Сегодня получил от Вас письмо, хорошее письмо! Письмо простой, русской женщины. Вы говорите, что плохо написали, а я нашел что написали прекрасно. Когда мысль чиста от выдумок автору она кажется куцой, тогда как в самом деле он писал голосом души, голосом сердца и его послание подымает тон красок желанной простоты.
Я очень доволен тем, что Вы чувствуете себя спокойнее, а это будет и продолжаться далее по мере изложения своих переживаний человеку понявшему Вас. Пишите мне чаще, пишите пожалуйста, нестесняя себя каким-то регламентом времени.
Писать нужно всякий раз когда найдет скука – тоска по утраченному всвете, дорогому для Вашего сердца. Пишите по зову голоса, подсказывающего Вам.
Я, лично делаю всегда так, кроме того всякое обращение ко мне вызывает во мне глубокий отпечаток, заставляя осмыслить его всесторонне.
Вы пишите мне о желании создать подарок обладая прямой душой скажу, что я обрадовался, но скромность диктует сказать – не извольте беспокоиться и создавать себе излишние заботы. А если хотите сделать то советую так: адрес должен быть: (обведено чертой) Подарок бойцам 804 полевая почта часть 268 –– от группы колхозниц такого то колхоза Нижне-Салдинского р-на д. Балакино Свердл. Обл
на материале которым Вы обошьете ящик, а под материалом на ящике укажите кому.
Когда её разошем и увидим кому она пришла.
Конечно еще раз скажу нестоило бы беспокоиться об этом.
Мария Кузьминична, всякое послание из тыла греет сердце воина защищающего родину. Помню теперь по описаниям, родного нашего товарища Гришу как он шёл из столовой с обедом в руках и увидя меня повернул веселое лицо ко мне я ему ответил взаимностью приветствуя как положено в нашей среде.
Это было в ясный июньский день, числа 17. У меня тогда тоже было какое-то непонятное настроение. Какой то внутренний голос пел помимо моей воли. Это было предчувствием грозы. Здесь я был уже 23 дня. Теперь я вспомнил его, а как это было?
Иду и дорогу переходят мне люди, то-о-лько Гриша прошел приветствуя, а с зади второй бежит и крикнул: «Пряничников, постой! Эти слова и само действие воспряли в моей памяти сегодня. Конечно жаль и сердцу больно, но запомним это мы и с именем его в грядущих битвах будем МСТИТЬ!
Живите спокойно, лелейте детей, нашу будущность. Они пусть здравствуют, воплощая родного папку. Гоша я шлю цветной бумаги* и Идочке тоже. Ишэ-сыл-ялдаш Гоша! (Да здравствует наш Гоша) – по тюркски это.

Желаю Вам прекрасного здоровья, спокойной жизни и плодотворного труда по вашей силе.
Пусть растут и крепнут Ида и Гоша!
Гоша, ты наверно «здоловенный музык ластес, а»?
Давай я тебя поцелую в твою толстенькую щечку, не стесняйся ты ведь русский


20.10.42 г (сбоку) богатырь.

До свидания Мария Кузьминична
С искренностью П. Г
.

*До сих пор тот ребёнок войны помнит цвета присланной с фронта бумаги – она была жёлтой и зелёной.


26 ноября 1942 года Фронт.

Привет, Вам Мария Кузьминична!
Получил Ваше письмо от 9.11.42 года и открытку. Хочется сказать, что Вы глубокомысленный человек. Хочется сказать, что Ваша добрая душа полна благоговейных порывов.
Спасибо за теплые слова в письмах!
Спасибо за русский патриотизм!
Да, Вы были достойной достойного сына любимой родины. Ваша прекрасная семья была источником героического продвижения Гриши.
Но что сделать. Мы люди войны, непосредственно несущие её на своих плечах.
Слава героев будет жить в сердцах народа.
Передомною грядущие бои, кто знает
……паду ли я стрелой пронзенный
Иль мимо пролетит она?!
(Пушкин)
Все благо; бдениею и сна
приходит час определенный.
Здоровье у меня ничего, чувствую себя удовлетворительно. Праздник прошел по фронтовому.
Печально конечно что Вы были огорчены тяготами воспоминаний о муже. Не забывайте что с Вами дети, значит нужно беречь себя для них. Я вместе с Вами переживаю скорбь по любимым нашим товарищам, отце, и Вашем муже, но что теперь вернуть его невозможно – ничего мы не поделаем, следовательно живите для детей. Я ценю Ваше мужество, преданность родине.
Вы правильно пишите о своих материальных вопросах. Я с удовлетворением их читаю.
Мне из дома пишут, что дочке купили все необходимое для зимы и Вы пишите тоже хорошее – это для нас воинов дух силы, дух, вернее источник духа славы, беззаветности с которым мы шли и будем идти в бой. Пусть меня не будет, но все равно народные массы останутся и русские крикнут: «НАША ВЗЯЛА!»
Мария Кузьминична, Вы оказывается очень уж великодушна. Я удивился, когда прочел о посылке: посмотрели бы на меня, я подпрыгивал смеясь радостно и покраснев от прилива чувств благодарности.
Только посылку я еще не получил. Не знаю, неужели такая ценность факта пропадет?!
Ну и догадливая Вы. Я просто не знаю что сказать.
Не подумайте, конечно, что я пьяница даже наоборот я немного, особенно в данные дни выпью и взбудораженное сердце обрамлится воспоминаниями. Ну хорошо. Спасибо Вам за все, все.
Думаю что завтра, или в эти дни получу её.
Примите мою благодарность искренне.
Но что для Вас могу сделать. Я ничем не оправдаю Вашу заботу. Конечно я уничтожал и позовут буду уничтожать проклятых фрицев – только это есть и будет моим подарком.
Теперь Гоше и Идочке.
Я с удовольствием послал бы вам свой портрет, но нет фотографов у нас и нельзя послать фото. Кроме того я не разу не фотографировался будучи военным, а домашних снимков с себя ни одного не взял. Воюю второй год смотрю на себя редко когда бреюсь только.
Гоша, катайся на лыжах, будешь лыжником это хорошо.
Будешь сильным. Если ты полный, значит будешь как дядя Петя. Я когда то был как мячик круглый; думаю что и ты такой.
Расти крепким, я тебе привезу пистолет.
Целую тебя Гоша.

Мария Кузьминична, будьте здоровы. Живите же на благо детей. Я знаю, что это значит быть сиротою, ибо мне было 4 года в 1919 году, и у меня был убит отец, а в 1927 году умерла мать – я воспитан тетей. До свидания.
С уважением и желанием всего доброго П.Г.


* * *
Здравствуйте, дорогая Мария Кузьминична!

Нет таких сильных слов благодарящих человека за большое, большое сердце, за заботу проявленную Вами как работником тыла к нам фронтовикам, чья жизнь – жизнь родины, чье сердце есть сердце непоколебимости до последнего.
Принес посылку, о о, она больщущая, да настолько содержательна, что голова в круг идёт*. Все, все в ней сохранено и цело. Ах прелесть! Сколько ликования, восклицания, пустились в пляс мои друзья. Ох, что было, ну, Вы не представляете. Такая хорошая посылка, такая неоценимая, конечно не в деньгах дело, а дело в прекрасных монолитных связях нас с Вами. Сколько должно быть заботы, теплого, родного русского чувства заложено в ней.
Благодарю Вас всем сердцем!
Я вынужден написать в органы власти, в ваши, местные, об отношениях к Вам. Когда я прочел Ваше письмо немало волновался за бездушие, бюрократизм, пагубность действий некоторых руководителей там в Салде и Балакино.
Я попытаюсь показать где зимуют раки для их представления о настоящей жизни.
Мария Кузьминична, с удовлетворением послал бы я свою карточку, но у меня нет ни одной. Очень сожалею.
Напишу своей Мусе, чтобы выслала мне в граждкостюме карточку и пошлю Вам чтобы Гоша и Ида посмотрели на дядю.
Верно Гоша!
Интересно будет посмотреть детей, если удастся вернуться после разгрома орд кровопийц.
Растите их, укрепляйте духом сделайте их сердца подобными своему.
Будьте здоровы. Пусть же Ваша жизнь будет на радость Вашим деткам, прообразом которых был наш любимый товарищ, друг и отец – Гриша.
С уважением к Вам П.Г.
Целую Гошу!
30.11.42 г.


* Через много лет, перечитывая это письмо, та давняя девочка сказала: «Там же и спиртик был, и табачок. И кусочек моего труда – я шерсть теребила, вязать ещё не умела, а теребить мне доверили, так старалась».


17.I. Здравствуйте, многоуважаемая Мария Кузьминична!

Нет слов кроме единственного – благодарю! Получил ваше письмо 16 сентября и был очень рад. Разве мне плохо знать, что я поддержал духовно Вас. Я уверен, зная человеческие чувства, что Вы, посылая мне письма совмещаете горе с благодарностью мне и этим облегчаете свои переживания. Так пусть же Ваше славное сердце крепнет в борьбе с пережитым – я желаю этого всем своим существом. Благодарю Вас за пожелания мне быть здоровым и если реальность сохранит меня я не забуду Вас. Да, только если.
Вы спрашиваете о положении моей семьи. Что я могу Вам скромно ответить; Муся писала что очень трудно жить в смысле питания, что дочку кормить нечем (ей ведь нужно молоко); так она больше года кормит её грудным молоком, и сама исхудала. Вот будет Вам ясно о моей семье? Признаюсь, что что-то давненько я не имею от семьи письма и этим очень огорчён, но я это переживу, ничего, правда на душе не спокойно. Сами можете догадываться как плохо воину когда его забывают, меня конечно все кто знает не смогут забыть, а меня знают очень многие.
Ида ваша ходит в школу, ну, пусть учится и будет здорова. А Гоша наверное очень интересный мальчуган. Если буду жив и увижу его то «намну ему бока». Я очень люблю детей. Нет слов порой как это объяснить и были дни проигрывал со своими часами.
Очень хорошо, Мария Кузьминична, что у Вас есть овощи, имея на руках детей необходимо иметь в достатке питание.
На днях пошлем документы о гибели Гриши. Пусть его светлая память воодушевляет Вас, не скорбите, хотя и тяжело, он защищал родину и дал дорогу из тисков немецкого зверья тысячам женщин и детей пропустив их на нашу сторону оборванных, израненых с детьми на руках. Быть может он видел в них воплощение родной семьи. Да тяжело знать что нет его, нет Гриши, но скажем хором Товарищи! Отомстим за него ползучим гадам.
До свидания, с уважением к вам известный Петр Георг. Целую Гошу и Иду.



20.I. 43 г. (сбоку).

Добрый день, глубокоуважаемая Мария Кузьминична!
Только сегодня прибыл в свою часть из командировки и мне дают два Ваших письма находящиеся без ответа. Вы в праве немножечко быть обиженной на меня. Вашу просьбу я выполню. Задержка происходит из-за того, что ответственные за это дело люди обманули меня; мне сказали что Вам уже выслан официальный документ я и успокоился, а приезжаю и читаю Ваше письмо – в нем снова противоположный ответ. Сейчас наступила ночь, а завтра я настою об отправке документа. Потерпите 10 дней, только 10. Спасибо Вам за письма, за доброе слово. Сижу вот я за этим письмом и тяжело писать о горькой тоске Вашей, тяжело напоминать об этом. Крепите дух свой волею сердца с сознанием великого долга перед родиной.
Растите Идочку и Гошу Целуйте их за меня, помните бока Гоше за меня.
Мы живем хорошо. Вы спрашиваете об успехах они есть и будут неуклонно развиваться. Моя Маруся пишет, что жду с победой, ну конечно, без победы мы отсюда не уедем. Нам, чтобы приехать домой надо ехать на танках на запад, а потом домой к своим любимым и родным.
Здорове мое не плохое; на войну хватит чтобы разбить немецкие банды. Будьте Вы здоровой, весёлой радостной к жизни. Я буду Вам писать всегда когда будет возможность, не беспокойтесь. Желаю Вам не грустить что ж поделать, безусловно тяжело. До свидания. Пишите. С уважением Петр Г (далее не видно)


ниже обратный адрес 804 полевая почта часть (неразборчиво) штамп ПРОСМОТРЕНО Военной цензурой БТ 16.

Открытка : вверху печать ПРОСМОТРЕНО Военной цензурой, под ней жирным шрифтом Смерть немецким оккупантам. Адрес: Куда Свердловская область, Нижне-Салдинский район, Нелобский с/с д.Балакино Кому Пряничниковой Марии Кузьминичне. Ниже (под чертой) написано: Обратный адрес (типография): полевая почта 07728, часть (далее неразборчиво), Внизу картинка с наступающими бойцами и слова: Мы можем и должны очистить землю от гитлеровской нечисти (Сталин).

Здравствуйте, уважаемая Мария Кузьминична!
Уж очень долго шла Ваша открытка с 10 мая до 3 июня. Спасибо Вам за то что не забыли своим добрым душевным словом. Я удивлен что Вы так долго болели, ведь это тяжело было для детей – Гоши и Иды. А знаете что, моя Муся мне ничего не написала о посланном Вам письме ею. Интересно что же она Вам пишет напишите, прошу Вас. Она однажды мне сказала в письме, «почему ты все время пишешь М.К.»? Я ей разъяснил и она поняла теперь поэтому поводу ничего не говорит. Думаю что она проверяет письмом к Вас пишу ли я.
Я пока все на том же месте. Здоровье мое удовлетворительное. Пишу плохо потому что рука вышла из строя на время.
Я очень рад принять привет от Ваших ребят и целую их невинные щечки. Я очень соскучился о детях. У нас Эрочка растет хорошей развитой девочкой. Так хотел бы подержать на руках любую малютку Вы и не представите моих чувств.
Скоро два года как я не имел такого счастья как ласка ребенку и упоение счастьем милого детского общества. Я немогу сказать долго ли продлится война и какова моя судьба в ней. Я написал жене своего друга, что служит со мной, что Ваш муж приедет не раньше лета 44 года так она обиделась на меня.
Предстоят тяжелые невиданные бои.
Будьте здоровы Мария Кузьминична. Я хочу сказать Вам свое желание знать Вас всегда бодрой и жизнеспособной как и прежде. До свидания.
С глубоким уважением П (роспись) 4.6.43 г.



Это то, что сохранилось от тех огненных лет, а теперь, когда вы прочитали эти удивительные письма, хочу назвать место, откуда они были написаны (по крайней мере, часть из них) – Мясной Бор. И из этого ада человек писал письма жене и детям погибшего товарища, которого-то он и знал не очень хорошо (перед войной они вместе учились на курсах), чтобы помочь пережить им потерю мужа и отца.
Честно говоря, при всём богатстве русского языка я не могу подобрать слов, достойных этого – без преувеличения – нравственного подвига. Могу только в молчаливом благоговении склонить голову.

И самое удивительное.

Письма 70 – 80-х гг.

И опять как тридцать три года назад –
Здравствуйте, Мария Кузьминична!

Невероятное потрясение огромными всколыхнутыми воспоминаниями о войне. Сколько драматических картин Вы воскресили в моей памяти. Да как это Вы сохранили мое письмо, пришедшее для меня из 1942 года! А ведь я забыл вашу посылку ей-богу забыл, что в ней было. Помню, что курсанты расхватали всё когда я сказал – вот берите в память о нашем товарище Пряничникове.
Ой, а сколько лет-то прошло. И где только я не был после 1942 года Мария Кузьминична. Финляндия, Польша, Германия, потом Москва – академия, а из Москвы в Китай всё это в 1945 году кончилось для меня тяжелой болезнью шесть лет после войны я лежал в госпиталях. А теперь болею по всем швам, если так можно выразить такое состояние. А нас, тех кто не был убит в боях, здесь в мирной жизни умерло большинство и в возрастах в 50-53 года.
Я, Мария Кузьминична, несчастливый в жизни, поэтому она меня вывела из огненного жерла войны, дескать ты смотри, смотри хоть на то какое красивое небо. Хочешь плачь, хочешь смейся, ликуй. У меня был в 1943 году ординарец Овчинников Виктор Николаевич. В одном страшенном бою его убили немцы, я их тут же срезал (их было двое) очередью. А вот теперь как вспомню Виктора, от слез не могу удержаться.
Да, многим приходилось писать письма и многие спрашивали о судьбе родных людей служивших в части.
Вы приглашаете меня побывать в Салде, Благодарю сердечно и если всё будет благополучно в тёплое время – летом можно будет приехать. Улетел бы сейчас, если летал, ан крыльев нет и здоровья надёжнова нет.
Когда было тридцатилетие ПОБЕДЫ нас в городе собирали в клубы и театры. Знаете 95% участников войны едва ходят с палочками или их под руки водят. У многих слезы на глазах – старички плачут. Это те кто тридцать лет назад был силён и шел в атаку. Я никак не могу согласиться своим сознанием с тем, что люди так изменяются и мне ужасно жаль.
Да. Полжизни прошло с тех пор как люди нашего поколения шли в боях лицом к лицу смерти и в большинстве погибли. Ладно, не буду бередить Ваши сердечные раны. Живите, если возможно, спокойно, отметайте всё раздражающее, стремитесь к веселью как говорят врачи. А где оно весель-то?
Привет Вашему Гоше, здоровья ему, и чтобы не было для него «китайской войны». У меня тоже есть сын Борис. Живёт в Новосибирске. Всё думаю, чтобы они прожили миром.
Итак уважаемая Мария Кузьминична будьте здоровы, спокойны. До свидания. Сложится поехать к Вам я напишу, что собрался и еду.
С глубоким участием в вашей судьбе Петр Георгиевич.



8 мая, 1987 года.

Здравствуйте, Ида Григорьевна!

Поражен неожиданностью – письмом от Вас, от 5 мая с.г. Спасибо! Спасибо!
Года два тому я так же получил совершенно неожиданную весточку от своего (в 1942 г) комиссара Нестерова Павла Васильевича из Саратовской области. Война развела нас с ним через месяц после тех боев, в которых погиб ваш отец Григорий, и, вот через 43 года он находит меня через адресный стол. Пишет: «Как это ты остался жив в такой мясорубке?» Я заказал песню на областное саратовское радио в год 80-летия Павла Нестерова. Он был очень тронут. Сей год не пишет, сомневаюсь жив ли мой комиссар. Между прочим, Павел говорил напутственную речь курсантам, в рядах которых стоял и Григорий Пряничников, когда мы направлялись на операцию, – в бой.
Такие вот бывают целевые человеческие связи, без которых нет жизни.
Через год я был в других частях начальником штаба и командиром полка и, после тяжелых боев в морском десанте погибли сотни моих людей. И вновь я подписывал «похоронки» на Украину и в Сибирь и все эти люди прошли через мое сердце. Все эти годы я вижу эту толстенную брошюру с похоронками – море слез…. В ряде случаев писал как и Вашем письме коротенькое о тех, которых лично в окопах встречал.
Мой бог – любви меня берег в страшных сражениях: огонь вокруг меня, деревья валятся как подкошенные, а я бегу или стою и всё цел! В море, 4 июля 1944 года тонул на подорванном тендере (судно) – спасся, но остался почти без левого легкого впоследствии. Так живу инвалидом Великой Отечественной.
Ида Григорьевна, письмо Ваше застало меня, так, что безпричинно волновались.

Всех, кто Вас окружает в семье сердечно поздравляю с мирным временем. Пусть оно никогда не кончится, счастья вам всем при хорошем здоровьи

Спасибо за волнующие, обращенные ко мне слова Вам, Ида Григорьевна.



С уважением Петр Георгиевич.
Изображение

Это все сохранившиеся у адресата письма простого великого русского человека Кузнецова Петра Георгиевича, сумевшего сделать так много: спасти свою страну и согреть души задетых войной людей. Как они ждали его писем, ведь это была живая связь с погибшим отцом и мужем. Та девочка военных лет говорила, что всю жизнь её грели эти письма, она и Пушкина любит особенно – потому, что впервые узнала о нём, именно слушая те долгожданные письма с фронта летом страшного 42 года и чувствуя, что несмотря ни на что, мы победим.

Низкий поклон и вечная благодарность лучшему поколению в истории России, спасибо им всем – сражавшимся на фронте и работавшим на износ в тылу, боровшимся в партизанских отрядах и подполье, отдававших свои жизни «за други своя» в блокадном Ленинграде, вы все сохранили для нас не просто Родину, вы сохранили душу России в самые страшные для неё годы и навсегда остались в её памяти и в её сердце.

#2 Не от мира сего III

    Активный участник

  • Пользователи
  • PipPipPipPipPip
  • 2 894 сообщений

Отправлено 09 Май 2012 - 09:27

В 1912 году Николай II собрал ветеранов Отечественной Войны... Самому молодому 120лет. Можно поискать фото в нэте.
Двум смертям не бывать, а одной не миновать.

#3 Не от мира сего III

    Активный участник

  • Пользователи
  • PipPipPipPipPip
  • 2 894 сообщений

Отправлено 09 Май 2012 - 07:41

Моя бабка после того как дед пропал безвести на войне (примерно с ноября 1941- по май 1942г) так и не вышла замуж. Ее родной брат тоже погиб, в 1944г.
Она была невероятно волевым человеком, ветераном труда, перенесла два голода (один на Украине), резню в Средней Азии, репрессии, в войну ее дважды забирали по доносу, но отпускали.
Всю жизнь она помогала совершенно чужим людям, "выбивала" квартиры, стенки, диваны, стиральные машинки и прочий «дефицит». :)
Умерла в возрасте 87лет.

В 2010 г в доме отца я перебирал старые письма и открытки и в одной книге случайно наткнулся на ее письмо к погибшему брату, письмо датировано 1983годом, в нем она обращаясь к погибшему 40лет назад брату расказывает что невыносимо жить на этом свете совсем одной, что столько обид и горя ей приходится выносить. На одинарном тетрадном листке написано немного, только с одной стороны. Вот такое письмо.
А "треугольнички" деда я никогда, к стыду своему, не читал.
Надо будет исправить ситуацию.
Двум смертям не бывать, а одной не миновать.





Количество пользователей, читающих эту тему: 1

0 пользователей, 1 гостей, 0 анонимных