Перейти к содержимому


От Версаля 1871 года к Версалю 1919 года

Россия История Первая мировая война

  • Вы не можете ответить в тему
В этой теме нет ответов

#1 nessie264

    Переводчик

  • Пользователи
  • PipPipPipPipPip
  • 10 102 сообщений
  • LocationРоссия Снежинск-Тольятти

Отправлено 18 Август 2012 - 12:21

"Военное обозрение"

От Версаля 1871 года к Версалю 1919 года

Изображение


Часть 1

Трудно понять причины Первой мировой войны и последующей за ним Второй мировой войны, если нет ответов на ряд важных вопросов. Готовилась ли большая общеевропейская война? Если готовилась, то кем, и с какими целями? Почему война стала неизбежной? Многие исследователи пошли по лёгкому пути и назвали в качестве причин начала войны честолюбие определённых династий или «необдуманный порыв какого-либо народа» (А. Дебидур. «История европейской дипломатии»).

Можно сказать, что Первая мировая война «началась» в Версале в 1871 году, когда там 28 января между французами и пруссаками было подписано перемирие, а в 26 февраля 1871 г. в Зеркальной галерее Версальского дворца был подписан прелиминарный франко-прусский мир. От лица германского императора Вильгельма I договор подписал канцлер Отто Бисмарк, а от имени французского народа - глава исполнительной власти Французской республики Адольф Тьер.

Версаль – это вообще знаковое место. Людовик XIV устроил из небольшой деревеньки блестящую резиденцию. Правда, на строительство комплекса дворцов пришлось угробить тысячи жизней солдат и крестьян, десятки миллионов ливров. Версаль стал символом вечного праздника, однако за красивым фасадом и блеском золота для сотен избранных скрывалась нищета, страдания и гибель миллионов простых людей. Версаль - это своего рода концентрированный образ Мирового порядка по западным стандартам. В 1768 году Генуэзская республика передала здесь Франции Корсику. В 1783 году Версальский договор подтвердил независимость США. Помощь американцам вышла боком Франции: финансы были окончательно расстроены, что стало одной из предпосылок Французской революции 1789 года, в которой активное участие приняли ветераны — «американцы». Роскошные залы дворца мерял шагами французский император Наполеон, здесь же красовался его племянник Наполеон III. Вторая империя третьего Наполеона рухнула после капитуляции французской армии под Седаном.




Франко-прусская война 1870-1871 гг. имела эпохальное значение не только для Франции, которая снова стала республикой, и Пруссии, создавшей из большинства немецких земель Германскую империю, но и для всего мира. В советской историографии к этой войне было несколько предвзятое отношение: выходило так, что главным виновником войны была Пруссия и лично Бисмарк, который спровоцировал войну, вычеркнув несколько фраз из т. н. Эмсской депеши. Был создан образ, согласно которому воинственная, агрессивная Пруссия и Бисмарк проводивший политику объединения Германии «железом и кровью», напали на мирную и цветущую Францию, отняв Эльзас и Лотарингию. Однако в реальности французское общество было охвачено желанием воевать, Париж хотел ударить по Пруссии ещё в 1866 году во время австро-прусской войны, но не успел, австрийцы слишком быстро потерпели поражение. Большинство французских депутатов проголосовало за войну против Пруссии и Франция объявила войну германскому государству 19 июня 1870 г. Иван Тургенев, тесно связанный с французской общественностью, оценил поведении Франции, как «дерзко-легкомысленное». Правительство Наполеона III мечтало о присоединении к Франции Рейнской провинции с городами Кёльн, Аахен, Трир. Французские генералы и общественность были уверены в победе. Французская пресса убеждала в будущем триумфе армии. Некий Марк Фурнье очень хорошо передал настроения французского общества: «Наконец-то мы узнаем сладострастие избиения. Пусть кровь пруссаков льется потоками, водопадами, с божественной яростью потопа! Пусть подлец, который посмеет только сказать слово «мир», будет тотчас расстрелян как собака и брошен в сточную канаву». Словами дело не ограничивалось, начались избиения немцев, которые жили во Франции. Особым указом всех немцев, которые проживали в стране, изгнали.

Страшное поражение, которое потерпела Франция в этой войне, которая была во многом вызвана авантюризмом, легкомысленностью французского правительства, привело не к переосмыслению своих слабостей, ошибок и просчётов, а идее «реванша над бошами» (боши - оскорбительное наименование немцев во Франции). Французы не учли, что во многом война 1870-1871 гг. была для немцев «священной» - они поднялись против старинного врага, который по итогам Тридцатилетней войны добился в Вестфальском договоре 1648 г. юридического закрепления германской раздробленности на массу мелких королевств и княжеств. Тогда же французы отторгли от Германии Эльзас. Более двухсот лет Германия была раздробленным государством, где на противоречиях немецких владык играли великие державы. Недаром даже через десятилетия после Седанской битвы (1 сентября 1870 г.) германский канцлер фон Бюлов, выступая 14 ноября 1906 г. в рейхстаге, напомнил: «Вестфальский мир создал Францию и разрушил Германию».

В целом объединение Германии, которому препятствовала Франция, было прогрессивным шагом. Миллионы немцев были освобождены от феодальной раздробленности, стали жить в единой, сильной державе. Германия включила в свои пределы Эльзас и Лотарингию не только по праву сильного, но и по историческому праву, к примеру, город Страсбург был владением алеманов, которые заселили Эльзас на рубеже 4-5 веков. В конце 5 века германское племя франков подчинило своей власти алеманов. Раздел империи Карла Великого его внуками фактически положил начало созданию французского и германского королевств. В 870 году согласно Мерсенскому соглашению Людовик Германский получил Эльзас, который вошел в состав Священной Римской империи германской нации как западная часть герцогства Швабия (Аллемания). Армия короля Франции Людовика XIV захватила город в 1681 году, и Рисвикский мир 1697 года подтвердил переход города под власть Франции. В результате можно сказать, что на эти спорные земли равные права были и у немцев и у французов.

Крах Второй Французской империи отдал первенство в Европе немцам. Россия в этот период была нейтральна, но дружелюбна к Берлину. Дружба между русскими и пруссаками возникла после Битвы народов под Лейпцигом, где русские и прусские солдаты сломили мощь армии Наполеона. В дальнейшем этот союз скрепил Священный союз и постоянный рост взаимной торговли и экономических связей. Пруссия (Германия) и Россия были естественными союзниками в Европе. Не забыли в Петербурге и участие Франции в Крымской войне.

Фактически франко-прусская война положила начало новой истории мира, т. к. в мир пришел новый мощный фактор его преобразования – Германская империя. 18 января 1871 года в Зеркальном зале Версальского дворца Бисмарк и Вильгельм I объявили о создании Германской империи. В неё вошли не только государства Северогерманского союза, но и Бавария и прочие южногерманские страны. Почти через полвека положение двух держав кардинально поменялось. Германия потерпела поражение в Первой мировой войне и стены Зеркального зала стали свидетелями унижения немецкой нации. В Версале был пописан Версальский мирный договор 1919 года.

Примерно в это же время окончательно сложился ещё один важнейший фактор глобальной политики – финансовый, банковский капитал, активно сращенный с торгово-экономической жизнью капиталистического мира и управляющий им (т. н. «финансовый интернационал»). Интересы капитала стали определять политику великих держав. Западные страны захватывают территории по всей планете, чтобы обеспечить промышленность дешевыми природными ресурсами, население продовольствием, колониальными товарами и создать рынок сбыта. Премьер-министр Великобритании Роберт Гаскойн-Сесил Солсбери разъяснял новую колониальную политику страны так: «Раньше мы фактически были хозяевами Африки, не имея надобности устанавливать там протектораты или нечто подобное – просто в силу того, что мы господствовали на море». Теперь Англии приходилось формально закреплять своё присутствие и расширять владения, т. к. не сделай этого британцы, их место заняли бы другие хищники.

Необходимо учесть и социальное давление. В начале XX века 1% «американской нации» владел 47% национального богатства. Могли прийти такие времена, что в «самой свободной стране» люди бы устали работать от зари до зари обеспечивая кучку богачей. Подобная ситуация была и в Англии, Франции и других развитых странах. Не случайно во Франции крах Второй империи вначале привел к установлению не Третьей республики, а Парижской Коммуны. Надежды рабочих были расстреляны правительственными войсками. 1 мая 1886 года чикагские рабочие устроили забастовку и вышли на демонстрацию с требованием 8-часового рабочего дня. Взамен они получили девять граммов свинца. Правящим классам было необходимо канализировать социальную энергию. Война подходила для этих целей лучшим образом. Её подготовка и ход резко ускоряла оборот угля железа, меди, хлопка, продовольствия, создавали новую и восстанавливали старую инфраструктуру. Часть населения, причём наиболее политически активного, можно было «переселить» на кладбища.

Американский капитал первым пошёл по пути передела сфер влияния и колоний. В 1893 году американцы захватили Гавайские острова. В 1898 году Соединенные Штаты завоевали Кубу, Пуэрто-Рико, остров Гуам и Филиппины. Американский писатель и журналист Уильям Уайт писал: «Когда испанцы сдались на Кубе и позволили нам захватить Пуэрто-Рико и Филиппины, Америка на этом перекрестке свернула на дорогу, ведущую к мировому господству. На земном шаре был посеян американский империализм. Мы были осуждены на новый образ жизни». Именно тогда американцы с успехом применили провокацию, чтобы начать войну, обвиняя противника в агрессии, а самим выглядеть защищающейся стороной. Американский корабль «Мэн» был якобы подорван испанцами. Позднее выяснилось, что судно было взорвано изнутри.

Элита США начинала считать себя мировой элитой, но до этого было ещё далеко. Британский лорд Керзон в 1892 году писал: «Афганистан, Закаспийский район, Персия – это для меня клетки шахматной доски, на которой разыгрывается партия; ставка в ней – мировое господство». Он не преувеличивал, Британия тогда была мировой державой: к началу 20 столетия британцы владели 33 млн. квадратных километров, на которых жили 368 млн. человек. Канада, Южная Африка, Египет и Суэцкий канал, Индия, Австралия и Новая Зеландия подчинялись британской короне. Франция, хоть и потерпела страшное поражение в войне с немцами и платила Берлину солидную контрибуцию, но обладала второй по величине колониальной империей – 11 млн. квадратных километров с 50 млн. населением. Почти треть Чёрного континента говорила на французском языке.

На планете почти не осталось свободных государств и земель, кроме западных стран. Формально независимыми были только Османская империя, Персия, Афганистан, Китай и Сиам. Да и там вовсю орудовали агенты и капитал западных держав. Особняком стояла Российская империя. Россия обходилась без колоний – она даже отказалась включить в состав своей территории Антарктиды открытые русскими путешественниками (имела на это полное право) и земли изученные Миклухо-Маклаем. Земли, которые были включены в состав России на Кавказе и Средней Азии стали русскими. Однако Петербург не ставил серьёзных барьеров деятельности западного капитала в империи, в результате страна несла значительные экономические потери. Россия становилась зависимой в финансовом, технологическом планах. Только месторождения «чёрного золота» Баку приносили их владельцам огромные состояния. Нефтепромышленники просто купались в роскоши, строя дворцы из золотых плит, делая цистерны из платины, имея наемную охрану из знатных кавказцев и вывозя из страны красивых девушек. Рабочих нещадно эксплуатировали, а в 1913 году империя получила топливный кризис, добыча нефти упала по сравнению с 1901 годом на 2 млн. тон. Нефтепромышленники, чтобы взвинтить цены, консервировали новые месторождения и сокращали производство на старых, ссылаясь на «естественное истощение недр».

США в это время готовились придавить свободу Центральной и Южной Америки поясом Панамского канала. Но полными хозяевами двух американских материков янки ещё не стали. Американцы имели огромные экономические возможности, но не обладали мощным флотом и армией, без которых они не могли считаться важным игроком на мировой арене. Да и у европейцев хватало капиталов, в той же Бразилии железные дороги строились, в основном, на французские, немецкие, бельгийские и британские капиталы. Поэтому Штаты пытались продавить принципы политики «открытых дверей» и «равных возможностей», это давало им преимущество перед более слабыми экономиками конкурентов.

В Западном мире было целых три претендента на мировое господство: Великобритания, США и Германия (да и Францию нельзя окончательно сбрасывать со счётов). Германский империализм был основан на умно выстроенном милитаризме, на труде и таланте немецких учёных, инженеров и рабочих. С 1884 года начинаются германские колониальные захваты: Того, Камерун, Маршалловы острова. Учреждены Германская Юго-Западная и Восточная Африки. В Океании появляются архипелаг Бисмарка и Земля императора Вильгельма. В самом конце 19 столетия немцы включают в состав своей империи Каролинские, Марианские острова и западную группу островов Самоа. Германский рейх был создан только в 1871 году, но уже к началу XX века немцы создали третью колониальную империю. Вышла Германия и на третье место по вывозу капитала, почти догнав Францию.

В мире было примерно 600 млрд. франков ценных бумаг. На долю Англии приходилось 142 млрд., США – 132 млрд., Франции – 110 млрд., Германии – 98 млрд., России – 31 млрд., Австро-Венгрии – 24 млрд., Италии – 14 млрд., Голландии – 12,5 млрд., Японии 12 млрд.

На рубеже 19-20 столетий все главные участники будущего глобального конфликта объединились в дружную антикитайскую коалицию. Поднебесная империя была в то время полуколонией, которую не грабили только ленивые, особенно отличались британцы и американцы. Страну обирали с такой наглостью, что вскоре китайцы не выдержали и подняли восстание. Его возглавила организация с весьма красноречивым названием: «Кулак во имя справедливости и согласия» (позднее «Отряды справедливости и согласия»). Восстание было обречено, китайские крестьяне, ремесленники, мелкие торговцы и работники дрались преимущественно холодным оружием, а против них было «великое единение» великих держав, вышколенные карательные войска, оснащенные по последнему слову техники. В интервенции приняли участие Германия, Италия, Великобритания, Соединенные Штаты, Франция, Австро-Венгрия, Япония и Российская империя. Английский вице-адмирал Эдвард Хобарт Сеймур возглавил объединенную англо-американскую эскадру, а затем Морскую бригаду, которая штурмовала Пекин. Главнокомандующим международными силами был назначен германский генерал-фельдмаршал Альфред фон Вальдерзее. Власть мирового капитала над Китаем была восстановлена.

Часть 2

Изображение

Мир входил в 20 век с огромными надеждами, действительно прогресс науки и техники обещал очень много. Люди верили, что просвещение и наука подарят им мирный век, где не будет затяжных и кровавых войн, вроде нескольких войн против Франции, которые начались в 1792 году и продолжались с небольшими перерывами до 1815 года. Однако они сильно ошибались. Уже к началу столетия были накоплены серьёзные противоречия, которые можно было решить только войной.

Франция мечтала о реванше, но одна она не имела шансов против Германской империи. Франция имела два столетия полностью централизованного государства (плюс несколько веков единого государства), но Германия смогла обойти её по экономическим показателям всего за два десятилетия. Париж предпочитал быть «ростовщиком», а не «заводом» Европы. Да и Англия утратила статус «мастерской мира». К примеру, в 1913 году в США выплавили 31,3 млн. тонн стали, в Германии – 17,3 млн., в Англии – 7,7 млн. Британцы становились «жертвой» своих огромных колониальных владений и связанного с ними богатства. Было намного легче выкачивать богатства, ресурсы из заморских владений, чем вкладывать капиталы в развитие собственно английской экономики. «Бремя белого человека» в мире было делом прибыльным, но сама Британия постепенно хирела, новые отрасли промышленности развивались медленно.

В результате первой европейской державой становилась Германия. У французского и английского капитала (да и американского) было два пути: сотрудничать со Вторым рейхом, постепенно утрачивая свои позиции в мире или попытаться сокрушить его, подчинить своей воле. Для Франции такое сотрудничество означало подчинение, роль «второй скрипки» в Европе. Париж выбрал путь противостояния и в итоге стал подчиненной державой в отношении англо-саксов (хотя французы и англичане были серьёзными историческими врагами). Лондон также не мог открыто противостоять Берлину, поэтому стал искать державу - «таран», которая должна была сокрушить мощь Германии. В итоге Франция и Англия нашли страну, которая бы смогла выдержать удары германских корпусов и привести их к победе. Они решили воевать с Германской империей «до последнего русского солдата».




Выгодно ли было России воевать с Германией? Англофильская придворная партия и франколюбивая общественность считали, что да. Со времён Петра I русская внешняя политика были направлена на европейские дрязги. Однако с точки зрения национальных интересов, наиболее выгодными направлениями экспансии империи был Юг и Восток. Не зря британцы боялись, что русские займут твердые позиции в Персии, Индии, Китае и Корее. Англичане не смогли оказать серьёзное сопротивление, если Россия решилась сделать эти регионы главными в своей внешней политике. Восточные и южные страны были нам соседями. Кроме того, уже имеющиеся владения империи были так обширны, что правительству стоило бы более пристальное внимание обратить на обустройство России, чем лезть в европейские конфликты. В Российской империи были совершенно не разработаны Север, Сибирь, Дальний Восток и Средняя Азия. Россия является целым огромным миром, которые в то время не разработал и не раскрыл и сотой доли своих богатств. Кайзер Вильгельм II был полностью прав, когда поднимал на своём корабле сигнал: «Адмирал Атлантического океана приветствует адмирала Тихого океана». Стратегический союз Германской и Российской империй мог принести миру совершенно иное будущее, нежели победа англо-саксов (при участии французов на вторых ролях).

Противостояние Германии с Францией и Англией (с неизбежным участием США), могло дать России те «двадцать лет» мирного развития, про которые говорил Пётр Аркадьевич Столыпин. Кроме того, народно-аристократические системы Германии и России (особенно при их неизбежном развитии и совершенствовании) были более здоровым порядком для народов планеты, нежели ростовщическо-паразитарные модели Англии, США и Франции. Германия и Россия были государствами, которые преимущественно опирались на свои собственные силы, а не на ограбление колоний. Германию сделали великой гений её учёных, созидательный труд инженеров, рабочих, учителей, а не миллионы убитых аборигенов Северной Америки или Индии.

Нельзя забывать и вклада немцев в русскую политику, военное дело, науку и экономику. Можно вспомнить множество немецких по рождению, но русских по духу и судьбе немецких фамилий, которые участвовали в созидании Российской империи. Средин них российский путешественник, географ, ботаник, основоположник мерзлотоведения Александр Фёдорович Миддендорф (1815 — 1894). Миддендорф во время своей экспедиции в Северную Сибирь и на Дальний Восток в 1842—1845 гг. стал первооткрывателем и исследователем плато Путорана, полуострова Таймыр, Северо-Сибирской низменности, Амурско-Зейской равнины, нижней части бассейна реки Амур и ряда других территорий. В списке знаменитых русских немцев и физик Эмилий Христианович Ленц (1804 — 1865), он открыл закон индукции и «Закон Джоуля и Ленца». При Екатерине II в русские земли потянулись переселенцы из Пфальца, Вестфалии, Баварии, Швабии, Саксонии и других немецких земель. К концу 19 столетия в России жило почти 1,5 млн. немцев. Немецкий вопрос в России имел и плюсы, и минусы (к примеру, «норманнская теория» созданная немецкими историками). В целом необходимо учесть, что немецкие поселения в России были не «раковыми опухолями» и источниками проблем, а примерами разумного хозяйствования и жизни. Немцы приносили империи намного больше пользы, чем вреда. Русские и немцы хорошо взаимно дополняют друг друга.

Что давала России победа над Германией в союзе с Англией и Францией? Империя получала польские земли, что вело к усилению польского вопроса. Петербургу обещали проливы Босфор и Дарданеллы, но отдавать их англичане и французы не собирались. Наиболее здравая европейская политика Петербурга укладывалась в три слова: «Мир с Германией». Мир на западной границе, которую прикрывала союзная Германия, позволял России решать многочисленные внутренние проблемы, обустраивать Кавказ, Среднюю Азию, Сибирь, Дальний Восток и Русский Север. Мы могли вести экономическую экспансию в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Недаром умнейший политик 19 столетия Отто фон Бисмарк видел будущее русско-германских отношение только мирным. Ясно, что противоречия между странами были, но они носили не фундаментальный характер, лежали больше в области экономики, нежели политики. Разумным было сглаживать углы и налаживать дружбу.

Однако уже Александр II начал проводить антигерманскую политику. Он потребовал от Берлина ограничиться меньшей контрибуцией, чем немцы планировали получить с французов. В 1875 году Россия остановила Германию, которая затевала превентивную войну с Францией. В результате, когда Россия после русско-турецкой войны сталкивается с противодействием британской и австро-венгерской дипломатии, Германия её не поддерживает (что и не удивительно, Бисмарк решал национальные задачи). Собственно, на исход Берлинского конгресса влиял не немецкий канцлер, а секретное Рейхштадское соглашение, подписанное между Петербургом и Веной 8 июля 1876 г. Согласно нему, Австрия обязалась соблюдать нейтралитет, если Россия не будет создавать «большое славянское государство». Необходимо учесть и фактор «пользы» от того, что Россия постоянно лезла в балканские проблемы. Достаточно вспомнить политику «благодарной» Болгарии, которую освободили русские штыки.

Лондон уже в то время умело ссорил русских с немцами. Стремление к постоянному ослаблению России вообще было неизменной линией Великобритании. Расчёт был дальний, на десятилетия вперёд. В 1879 году Александр II и Вильгельм I рассорились окончательно. В 1887 году Берлин снова подумывает о повторном разгроме Франции, но теперь на его пути встаёт правительство Александра III. Кроме того, Россия в начале правления Александра III активизировала строительство стратегических железных дорог в Польше. Объективно это был антигерманский шаг, особенно если учесть тот факт, что Россия сильно нуждалась в строительстве железных магистралей в центре страны, а не на западной «украйне». Одновременно в России активизировались профранцузские и антигерманские круги. Весьма встревожила Берлин и «парижская речь» генерала Скобелева, где он обрушился на Германию как на врага России.

Просветом в отношениях двух великих держав стал т. н. «договор перестраховки» от 18 июня 1887 года, который был заключён благодаря усилиям Бисмарка и братьев Шуваловых. Берлин и Петербург обязывались не нападать друг на друга и должны были сохранять нейтралитет при войне одной стран с любой третьей великой державой, кроме случаев нападения Германии на Францию или России на Австро-Венгрию. Кроме того, германская сторона обязывалась оказать Российской империи дипломатическую помощь, если русский император сочтёт нужным «принять на себя защиту входа в Чёрное море» в целях «сохранения ключа к своей империи».

Россия не собиралась сама нападать на Австро-Венгерскую империю, поэтому обязательство Петербурга была дано легко. Ошибкой русского правительства было защищать Францию. Разгром Франции немцами нам не мешал, даже наоборот. Дальнейшее усиление Германии за счёт Франции вызвало бы серьёзные опасения в Австро-Венгрии, Италии и Англии. Германии был необходим спокойный тыл в виде России. К сожалению, на большее Александр III не пошёл. Хотя была реальная возможность создать стратегический союз двух великих держав. Основой союза могло стать предложение Пётра Шувалова. Русский посол предложил Берлину полную свободу действий в отношении Франции — в обмен на политическую поддержку в захвате Россией проливов Босфор и Дарданеллы.

Часть 3

Изображение

В 1888 году Россия получила «наживку» первого французского кредита. Министр иностранных дел России в 1882 — 1895 гг. Николай Карлович Гирс был лично привержен линии сохранения союза императорской России с Германской империей. Это был умный и опытный дипломат, в целом Гирс проводил взвешенную политику, выступая за осторожное сближение с Германией. «Даже видимость того, что Россия ищет дружбы у Франции, скорее ослабит, чем укрепит наши позиции», - считал Гирс. Однако он был послушным министром и вскоре под давлением императора заключил франко-русский пакт.

«Финансовый интернационал» боялся прочного русско-германского союза, причём больше, чем чего-либо другого. Союз Германии и России делал невозможным большую общеевропейскую войну, которая должна была сокрушить «устаревшие» монархии и расчистить «поле» для строительства англо-саксонского мирового порядка. Противостоять же военной силой такому союзу было почти невозможно – русская и германская армии были лучшими в мире (шёл и стремительный рост военно-морского могущества двух держав). Англия и США не имели мощных сухопутных армий, а французские войска уступали по мощи и выучке немецким.

Франция как наиболее обеспокоенная сторона ринулась обрабатывать Россию с целью заключения прямого военного союза против Германии. Причём французы хотели не только союза, но и определять военную стратегию России. Император Александр III колебался, глава внешнеполитического ведомства Гирс был резко против союза с Францией. Судьба будущего мира зависела от решения Петербурга. Большую роль в заключение франко-русского союза сыграли соображения финансового характера. В качестве кредитора французские Ротшильды обещали российскому правительству устроить очередной заем. Через русских евреев они финансировали значительную часть железнодорожного строительства в Российской империи и большую часть банковской системы. И вдруг Альфонс Ротшильд заявил, что с удовольствием бы разместил в Европе заем российского правительства, но не может этого сделать из-за преследований евреев в России. Российские друзья Ротшильда намекнули государю, что если Александр заключит союз с Францией, то для союзника России сделают послабление. В итоге союз с Францией заключили, французский флот с «визитом дружбы» посетил Кронштадт. Кредиты России дали и летом 1892 года в столице империи прошло первое совещание начальников русского и французского генеральных штабов. К началу 1894 года была подписана и ратифицирована франко-русская военная конвенция. Теперь, начав войну с Французской республикой, Германская империя автоматически получала и войну с Россией.



Сломать русско-германские отношения было трудно. Две державы связывали сильные династические и экономические связи. Но наступление вели по всем фронтам. Женой государя Александра III была датчанка Дагмара Датская (Мария Фёдоровна), которая традиционно относилась к Германии враждебно. Антигерманскую позицию занимал влиятельный российский министр финансов Сергей Юльевич Витте, а он был мужем разведённой еврейки Матильды Ивановны Нурок, по первому мужу – Лисаневич, а также другом парижских Ротшильдов и петербургского банкира Адольфа Юльевича Ротштейна. Сергей Витте и его доверенные банкиры успешно принимали французские кредиты, шли на уступки. Одновременно Витте был твёрд с Берлином, что обеспечивало России таможенные войны с Германией и взаимные убытки, рост недоверия.

Ближайший помощник министра иностранных дел Н. К. Гирса граф Владимир Николаевич Ламсдорф 1 июня 1895 года отметил в дневнике: «Мы испортили наши отношения с соседней Германией и на более или менее длительное время устранили всякую возможность общих с ней действий в условиях доверия; всё это ради того, чтобы понравиться французам, которые стараются скомпрометировать нас до конца, приковать только к союзу с собой и держать в зависимости от своей воли». Отношения между Петербургом и Берлином опередили не русские национальные интересы, а интересы совсем других сил, враждебных русскому и германскому народам. Достаточно вспомнить, что к началу 20 столетия в Германскую империю шла треть русского экспорта: зерно, сахар, масло, мясо, лес и пр. Россия получала четверть немецкого экспорта, в основном машины, оборудование, химические изделия. Фактически с помощью Германии шла модернизация русской промышленности. Немецкий сбыт в Россию развивал русскую экономику, обеспечивал стабильный рост германской экономики. Русский сбыт товаров в Германию укреплял русский рубль.

Витте настолько притормозил перезаключение русско-германского торгово-промышленного договора, что кайзеру пришлось писать личное письмо императору Николаю II, где попросил покончить с волокитой. Договор был продлён, немцы предоставили России крупный заем. Но в общей политике это не меняло уже ничего. Ламсдорф, став министром иностранных дел в конце 1900 года, при личной прогерманской позиции, поддерживал линию Петербурга на франко-русский союз.

Витте «отличился» не только в области сближения России и Франции, но и по другим направлениям. Перед Первой мировой войной Российской империи только для оплаты французам требовалось полмиллиарда в год. Для того, чтобы расплатиться приходилось брать новые внешние займы. Общая сумма долга России Франции достигла огромной суммы – 27 млрд. франков. При этом народное хозяйство страны испытывало постоянную нехватку средств. Многие ставят Витте в заслугу введение в России золотого обращения (в школьных учебниках – введение золотого стандарта считается положительной реформой). Однако эта реформа привела к утечке золота из России. Одним из реализаторов идеи был приглашённый Витте из Австро-Венгрии А. Ротштейн, который фактически курировал это направление. На виду дело обстояло блестяще: золотой запас империи был большим, золотое обеспечение русского рубля составляло около 120%. Но для перехода к золотому стандарту приходилось накапливать золото с помощью внешних займов. Поддерживать успех можно было только новыми займами. Запад высасывал русское золото, у страны не было средств для кредитования национальной промышленности.

С именем Витте связано и введение винной монополии в России. Эта новация интересна с точки зрения социального аспекта, похожего на горбачевскую реформу (обе реформы привели к росту социального напряжения) и финансовой стороны дела. Стараниями Витте бюджет стал «пьяным», паразитарным по сути, пополняясь почти на 30% за счёт винной монополии, а не роста производства в стране.

В этот же период появилась возможность сближения Англии и Германии. Джозеф Чемберлен стал задумываться о союзе с Германией и вёл переговоры с немецкими политиками. Вильгельм II сообщил о британском предложении Николаю II и поинтересовался, что он может получить взамен от Петербурга, если Берлин откажется от английского предложения. Было ясно, что германский кайзер хотел узнать, не отойдёт ли Россия от союза с Францией. В целом и союз Англии и Германии был маловероятен. В Великобритании произошло усиление транснациональных, фактически антинациональных тенденций во внешней политике. То, что было выгодно английским, французским, австрийским Ротшильдам и немецким, американским Варбургам, не было выгодно английскому народу. Противодействие Роберта Солсбери, связанного с Ротшильдами дружескими и деловыми связями, поставило крест на проекте сближения Англии и Германии.

Англо-германские противоречия были, конечно, налицо. Германия теснила Англию, как новая «мастерская мира». Германский экспорт рос так быстро, что к концу 19 столетия удивление и досада англичан, сменилась страхом. Британские и немецкие интересы сталкивались в Южной Африке, Османской империи, Персии и Китае. Пангерманский союз был настроен решительно антианглийски (он, правда, вообще был настроен против всех стран). В то же время у Англии и Германии было много общих интересов, война ведущая к взаимному истреблению, им была не нужна. Основным соперником Англии (национальной, а не транснациональной) и Германии были Соединенные Штаты.

В 1900 году почти 75% американского экспорта шло в Европу, а в 1913 году – уже 59%. Основной причиной вытеснения американских товаров стало усиление германской промышленности. А у США была серьёзная фора во времени, и американцам не приходилось тратить много средств на содержание вооруженных сил, строить мощнейшие крепости, оборонительные линии и т. д. Таким образом, Германия теснила не только Британию, но США. Американской финансово-промышленной элите (политическая элита США всегда решала задачи финансово-промышленных групп) нужна была война, причём в Европе и с обязательным участием Германии и России. Победить в этой войне должны были Штаты. Во-первых, война шла не на их территории. Во-вторых, они «опаздывали» со вступлением в конфликт, получая массу политических, финансовых и промышленных выгод. В-третьих, все конкуренты должны были быть уничтожены, или крайне ослаблены. Риск был сведён к нулю, зато победа рассчитана с математической точностью. Соединенные Штаты должны были стать новой штаб-квартирой «финансового интернационала». Стать из должника Англии в кредитора европейских стран.

Но для того чтобы развязать мировую войну нужно было изолировать Германию от России и одновременно не дать немцам договориться с англичанами. Эта задача была с успехом решена. В Германии после ухода со сцены Бисмарка, сменилось несколько канцлеров – Каприви (1890-1894), Гогенлоэ (1894-1900), Бюлов (1900-1909), но за всеми стоял «серый кардинал» («великий незнакомец») германской внешней политики барон Фридрих Август фон Гольштейн. Он сыграл и большую роль в отстранении канцлера Бисмарка. После отставки Бисмарка Гольштейн выступил ярым противником перезаключения договора о «перестраховке» с Россией. Направленный против России «новый курс» канцлера фон Каприви фактически был курсом Гольштейна. Он же сорвал (со стороны Германии) намечавшееся англо-германское сближение. Гольштейн уверил кайзера Вильгельма II, что Лондон никогда не пойдёт на соглашение с Россией и Францией. В 1914 году, когда мир шёл к войне, таким же образом провоцировал Берлин английский министр иностранных дел Эдуард Грей, уверяя немцев, что Англия сохранит нейтралитет, хотя в это время она готовилась объявить войну Германии. При канцлере Бюлове во внешней политике Германской империи всё решали пометы барона Гольштейна на полях дипломатических депеш. Если он писал: «Дешево!», то проект отправлялся в сторону. Гольштейн контролировал все важнейшие дипломатические назначения, вёл свою переписку с послами. Гольштейн вёл антибисмарковскую и соответственно антирусскую линию.

Интересной особенностью барона, которая раскрывала его сущность, был тот факт, что он пользовался своей дипломатической осведомлённостью, чтобы играть на бирже. За ним стояли интересы большого капитала, «финансового интернационала». «Великий незнакомец» был особо доверенным лицом транснациональных сил. В реальности не он направлял политику Германской империи, а через него Германию направляли курсом нужным большому капиталу. Главных же целей было две: разрыв Германии и России, и недопущение альянса Лондона с Берлином. Отто фон Бисмарк, хотя и поздно, разобрался в бароне Гольштейне и предостерегал германского императора от «человека с глазами гиены». Однако было уже поздно, Гольштейн интриговал и управлял внешней политикой германии до 1906 года беспрепятственно. Да и после отставки (гнев кайзера был вызван Марокканским кризисом), Гольштейн до своей смерти в 1909 году был частным советником канцлера фон Бюлова и внёс свою лепту в Боснийский кризис 1908-1909 гг., который стал преддверием большой войны.

«Гольштейны» и «Витте» (их копия в конце 20 начале 21 столетий - Чубайс) были не только в Российской и Германской империях. «Агенты влияния» вели к войне Англию, Францию, Австро-Венгрию и США.

Источник





Количество пользователей, читающих эту тему: 1

0 пользователей, 1 гостей, 0 анонимных