Перейти к содержимому


Открываем Россию: Золото Колымы


В теме одно сообщение

#1 nessie264

    Переводчик

  • Пользователи
  • PipPipPipPipPip
  • 10 045 сообщений
  • LocationРоссия Снежинск-Тольятти

Отправлено 20 Ноябрь 2013 - 09:52

Изображение

Золото Колымы

История колымского золота в рассказах магаданского следователя, начальника угрозыска, бывшего шахтера из Донбасса и директора госпредприятия.


Изображение




Мое знакомство с колымским золотом началось в грузовом отсеке полицейского УАЗика. Водитель Лешка выжимал педаль газа на обледеневшей трассе, время от времени пропуская для храбрости стаканчик, сверху норовило упасть запасное лобовое стекло, а следователь поворачивал ко мне темное от северного загара лицо, сияющее щербатой улыбкой, и приветливо басил:

- Люди у нас, на Колыме, нормальные. Выйдешь на трассу — мигом подберут. Не то, что где-нибудь в России…
Мои новые знакомые, якутские полицейские, оказались безбашенными, зачастую плюющими на уставы, преданными своей работе и глубоко порядочными ребятами — обычная ситуация за пределами богатых городов.
- У меня отец как-то заказал себе магнитный пояс от ревматизма. Ох и трясли его в Якутске! — смеется водитель Лешка. — Там же металлические пластинки вшиты. Как тамошние менты их нащупали, у них аж глаза загорелись. Здесь часто в пояс золотишко прячут. Потом чуть не плакали от досады!

Мы мчались по трассе «Колыма», скорбно знаменитой «дороге на костях», и машина дробно стучала по узким пластинам льда, словно мы и вправду ехали по ребрам погибших заключенных.

- Я в детстве часто колышки с номерами тут находил, — сказал Лешка. — Могилки, значит, зэковские.

- А наш сержант как-то из ручья берцовую кость выловил, — добавил следак. — Пришлось бросить обратно. А то пришлось бы дело возбуждать, висяк родом из тридцатых годов…

Изображение


Печаль


История колымского золота трагична даже по меркам нашей, всякое повидавшей, страны. Добыча началась в лагерные 1930-е, потом пришла война и надо было платить по ленд-лизу. Говорят, когда прииски посещали американские чиновники, на их пути спиливали вышки, чтобы те думали, будто золото, на которое покупается их помощь, добывают вольнонаемные рабочие. Вереницы кораблей доставляли в Нагаевскую бухту Магадана осужденных — тех, кому предстояло в поисках драгметалла углубиться в жестокую северную тайгу на сотни километров, почти до самого центра Якутии.

пИзображение

Изобретатель Лев Термен и генерал Горбатов, актер Георгий Жженов и писательница Евгения Гинзбург — все они были здесь. История освоения Колымы нашла своего трагического летописца — Варлам Шаламов оставил воспоминания «О Колыме» и «Колымские рассказы».

Изображение

До сих пор неподалеку от федеральной автодороги «Колыма» гниют лагерные бараки. Еще держатся ветхие заборы, то и дело на обочине попадаются деревянные загрузочные мостки, пустыми глазницами выбитых окон таращатся на дорогу мертвые поселки… Приметы нового времени — совсем свежие земляные отвалы, следы недавней добычи золота. Теоретически, их должны рекультивировать, но всем плевать. На смену заключенным и советским геологам пришли новые добытчики — частные артели, крупные госпредприятия и одиночные старатели, известные как «хищники». Кто-то ставит драги высотой с многоэтажный дом или перекрывает русла рек, а кому-то достаточно избушки в лесу, как во времена Джека Лондона — недаром именем писателя названо одно из красивейших местных озер.

- Приехал к нам как-то контроль, — ухмыляясь, вспоминает следователь. — Говорят, нужен подвиг. Нет проблем, отвечаю. Везу их на ручей, ловим «хищника», берем 50 грамм. Поблагодарили, уехали. Потом читаю в газете — у бомжа изъяли 50 кг золота. Я эту статью начальнику на стол положил. Видишь, говорю, как работаю! Премию давай!

Изображение

Другую историю из жизни колымский следователь рассказывает уже без улыбки. Однажды он почти случайно обнаружил, что содержание золота в концентрате крупной компании систематически занижалось на 3 процента. Стало быть, на сторону уходили центнеры неучтенного золота. Тогда он порадовался, что такие расследования вне его компетенции, и можно промолчать — здесь бесследно исчезают и за гораздо меньшие деньги.

Таинственное исчезновение и появление золота — не единственные чудеса этого края, похожего на замерзшую волшебную страну. В одном из местных озер щуки такие большие, что утягивают оленят, приходящих на водопой. Другое размывает крупное месторождение серебра. Поэтому вода его долго не портится, а рыба имеет особый привкус. О серебре знают все, но кому до него дело, пока в округе водится золото!

Несчастные случаи


Поселок золотодобытчиков — серая клякса на тонком белом снегу. Дома на высоких сваях, будто старые сороконожки. Улицы — огромный каток, так что дети порой скользят по тротуарам на коньках. Черная пыль над дорогой. Даже лед по сторонам трассы — темный, ноздреватый. Голодная лиса роется в мусорном бачке, не обращая внимания на машины. Что ж, по крайней мере, здесь еще теплится жизнь.

рИзображение

Многие экономисты доказывают — сама идея строительства постоянного жилья в условиях вечной мерзлоты была ошибкой. Вахтовый метод куда дешевле — достаточно содержать лишь сменяющих друг друга рабочих, не надо тратиться ни на городскую инфраструктуру, ни на дотации семьям. Здесь невыгодно строить и дорого жить, но как объяснить это сотням тысяч людей, не представляющих себя без Севера?
- Тебе про какие случаи рассказать, хлопец? У нас бывают только несчастные. Счастливый случай — это выполнение плана. Лучше угощайся.

Михаил — мой сосед по гостинице, дородный украинец лет пятидесяти. Широким жестом он показывает на стол, обильно уставленный привезенными с родины колбасами и паштетами. Весь день он ходит по врачам — перед отправкой в тайгу иностранцы должны подтвердить свое здоровье.

Михаил — бывший шахтер из Донбасса. Уже много лет он приезжает на полгода работать в одной из местных артелей. В мороз солидол приходится рубить топором, металл становится хрупким, ломаются даже гаечные ключи. Некоторые артельщики не выдерживают и бегут, словно с зоны, и сходство это тем более явно, что рабочих порой одевают в робы, живо напоминающие зэковские, и за ними неусыпно наблюдают охранники. Но Михаил привык. Ему надо кормить семью. К тому же, он — квалифицированный работник, с такими обращение совсем другое. Пугают Михаила иные трудности.

Изображение

Осенью, когда старатели возвращаются с приисков с полугодовым заработком, их уже ждут. Сперва — местные бандиты и мошенники. Некоторых вахтовиков даже не надо грабить. Распирающие карманы пачки купюр действуют на них как наркотик. Вдобавок — водка, которой они полгода не видели. Рассказывают, что однажды такой работяга напился в хлам и выбросил все деньги — мол, не нужен ему ни презренный металл, ни его дары.
Еще несколько лет назад самое страшное начиналось в Москве. Золотодобытчиков отлавливали прямо на вокзале — то ли милиционеры, то ли ряженые бандиты, — и угрозами вымогали десятки тысяч. Украинец или узбек? Прибыл из Нерюнгри Так, все с вами ясно. Пройдемте, поговорим.

Сейчас наученные злым опытом старатели пользуются денежными переводами. На свой заработок они могут содержать семью и позволить себе шестимесячный отдых. Вот только у жителей Дальнего Востока все иначе. Цены тут не украинские и даже не московские. Многие уезжают, а отчаявшиеся и азартные подаются в хищники. Благо, с недавних пор полиция их не преследует.

«С конца 2011 года уголовная ответственность за незаконный оборот драгоценных металлов предусмотрена только при его осуществлении в крупном размере», поясняют юристы. Казалось бы, не имеющие лицензии хищники могут вздохнуть свободно. Вот только заключаемые ими сделки с физическими лицами незаконны, а скупочным организациям приобретать их золото запрещено.

Гражданин начальник


Вечером в гости к Лешке приходит начальник уголовного розыска — рослый, с сединой на висках и мягким округлым лицом. Он пьет, чокаясь быстрыми точными движениями, и, не торопясь, рассказывает о своей жизни, предварительно попросив отключить диктофон. На золотоносный район, размерами сопоставимый с небольшой европейской страной, всего три следователя. Их все знают, и они знают всех.

С детства он хотел быть военным. Учился в Суворовском училище, потом стоял в погранчастях на границе Туркменистана — ровно до тех пор, пока не пришло требование дать присягу верности Туркменбаши. В первую Чеченскую кампанию брал Грозный. А потом армия оказалась никому не нужна. Полгода без зарплаты, два года без пайковых. Глядя, как у друзей распадаются семьи, он не выдержал и вышел в отставку. Приехал на Колыму поработать полгода — да так и остался.

- Сперва был здесь школьным учителем, — говорит он, обводя добрым взглядом остальных ментов, отчего те сразу стихают. — А в милицию взяли по пьянке. Выпил как-то с их начальником. Разговорились. «Офицер?» — спрашивает. Офицер. «Воевал?» Воевал. «Так хватит прохлаждаться, иди к нам!».
Про одиночных золотодобытчиков он знает все. И все понимает.

- Хищник — это просто работяга, который добывает золото в тайге. Наколет дрова, отогреет избушку, добудет воду. Затем надо растопить и отмыть грунт, отбить, отдуть, отжечь, и на выходе получается практически чистое золото. С ним он идет к перекупщику. Тот берет свой процент и бежит к скупщику. Скупщик — к тому, кто дает деньги. Потом золото уходит с бегунками-транзитниками либо в Турцию, либо на Кавказ. Самое главное для них — проскочить Якутию. Дальше никто не представляет, как выглядит золото. Можешь просто сказать, что это песок для аквариумных рыбок, поверят.

Изображение

В тайге хищники живут, пока не кончится еда. Некоторые работают круглый год. Труд это каторжный. Доход зависит от того, как человек разбирается в земле. Если нет образования, идут путем проб и ошибок. На хорошем ключе за три месяца хищник вручную может добыть грамм триста. Если очень повезет, то полкило. А так — сто грамм и меньше. Если б можно было сдавать по официальным котировкам, то доход был бы неплохим. Но с перекупщиками не всегда и на продукты хватает. Добычу легализовали, а что дальше? Почему золотоприемники не сделали в банках? Куда продавать? Государству нельзя — не покупает. Остается только черный рынок.
В России множество золотоносных районов. А еще в Свердловской области добывают изумруды, на западе — янтарь... И там так же хищнуют, так же бегают. Возле любого месторождения драгметаллов и камней всегда есть хищники. Их везде одинаково называют. Малышевское изумрудное месторождение много лет официально не работало, при этом малышевские изумруды сбивали цены на мировом рынке. Губернатор этим занимался, московские банки — все подыхало на корню.



В хищники идут не от хорошей жизни. Кому охота в -70 сопли морозить? В артелях — люди из бывших республик, готовые работать за гроши. Узбеки везут полный комплект документов, купленных на родине — он и водитель, и электросварщик, и бульдозерист… Потом уже здесь, во время сезона, обучаются. Настоящий специалист будет получать сотню в месяц. Для приезжего это хорошо. Но что такое 100 тысяч здесь, где хлеб стоит 35 рублей, а пакет хорошего молока — 150? Вот и уходят в лес. И знаешь — ни разу не слышал про хищника, который бы завязал. Хоть и получают треть цены. Недаром говорят — грешный металл. Не отлипает…

Изображение



Родина


- Природа у нас красивая. Один московский фотограф приехал в июне, мы его отвезли в сопки, и только в начале сентября он выплыл. Счастливый, с тысячами снимков.

Я сижу за длинным столом в кабинете генерального директора ОАО «Сусуманзолото» Сергея Николаевича Симоненко. Он с гордостью демонстрирует мне фотографии района. Судьба Сусумана неразрывно связана с его главной компанией. Детские сады, больницы, даже аэропорт — повсюду золотые деньги. На фоне оставшихся позади поселков вдоль Колымской трассы с их веселыми стражами порядка и беспокойными артельщиками город кажется очагом цивилизации, но здесь тоже хватает заброшенных домов и выбитых стекол.

Изображение

- За прошлый год нами было добыто 3713 килограмма золота. Для сравнения, в 1941 году — 41 тонна. С каждым годом сырье беднее. К счастью, стоимость золота возросла, и мы обновляем технику, чтобы держать высокий уровень добычи. Объемы промывки постоянно увеличиваются. Золотоносные пески все глубже, в прошлом году была самая глубокая выработка — 35 метров, чтобы добраться до золота.

Изображение

На вопрос о том, что перспективнее — северные города или вахтовый метод, Сергей Николаевич отвечает просто:

- Если приедут посторонние, будут ли они заинтересованы в развитии района? Это ведь жизнь людей, история наша. Некоторые горожане никогда «на материке» не были. Они просто не могут представить жизнь вдали от своей малой родины. Надо их поддерживать. Я однозначно против вахтового метода. Да, мы приглашаем специалистов с материка, но это от безысходности, поскольку жителей все меньше. Население Магаданской области за последнее время сократилось вдвое, причем почти все живут в самом Магадане.

Изображение

Фотографии сменяют друг друга. Густые поросли иван-чая вдоль реки Берелех, блестящие гирлянды замерзшей голубики, молодой снежный барашек, по неопытности и любопытству подпустивший человека совсем близко…
- Знаешь, что если разорить гнездо бурундука, он находит раздвоенную ветку и вешается? — с сочувствием говорит Сергей Николаевич. — Он понимает, что без запасов в суровую зиму ему не выжить. Потому что честный. Воровать не умеет.


Источник

#2 Bagira

    Участник

  • Пользователи
  • PipPip
  • 1 014 сообщений

Отправлено 20 Сентябрь 2015 - 12:39

Наверное, охотников за золотом много все-таки. А природа очень красивая. Только климат жёсткий.
Дьявол кроется в деталях.





Количество пользователей, читающих эту тему: 1

0 пользователей, 1 гостей, 0 анонимных